— Как вам собирать вещи, господин, — спросил камердинер у Турона, когда тот вошел в свою спальню, — в полет или порталом? И на когда?

— Завтра утром я ухожу порталом, и можешь собрать как всегда. Все возьму с собой, — бросил наследник, открывая двери туалетной комнаты, — позови помощника, пусть придет и поможет мне в ванной и принесет ужин сюда, в гостиную.

— Как прикажите, ваше высочество, — поклонился личный камердинер, — будет исполнено.

Поздно, почти за полночь, двери помощника камердинера наследника тихонько открылись. Легкая тень скользнула мимо задремавших караульных. Далее тень пробралась в левое крыло третьего женского этажа и легонько стукнула в двери. Створка тут же отворилась, и тень скользнула в комнату. Перед рассветом снова тень скользнула в коридор и вернулась в свое помещение. Тогда же, другая тень, меньших размеров, мелькнула к черному ходу и пропала в глухих переходах улиц.

В полдень императору сообщили, что портал с наследником не открылся в нужном месте. Где сейчас находится Турон, никто не знал. И только один человек догадывался, где тот мог быть, но молчал, потому что понимал, что молчание — золото. Его-то он и получил и в большом количестве. Это была плата — плата за предательство. И пока, за это хорошо платили.

Глава 11

СВЕТЛАНА.

— Прошло более трех земных месяцев, как попала в другой мир, — думала я, перетирая в ступке траву для лекарства, — и что-то уже надо делать, как-то выходить из этой глуши, самостоятельно устраиваться в жизни и пытаться узнать возможные пути в свой мир. Ведь если сюда попала, то, вероятно, существуют и пути отсюда.

Все чаще меня посещали эти мысли, все чаще тосковала по оставшейся где-то прошлой жизни с ее заботами друзьями-коллегами и даже Климом. А еще работой и учебой, квартирой со знакомыми удобствами и городом, где полно магазинов с их продуктами и шмотками, улицами, заполненными озабоченными прохожими, кинотеатрами и телеком, которым раньше пренебрегала и, конечно, компом, с его информацией и форумами, где можно оттянуться, поболтать в мессенджере с подругами, посплетничать по телефону. А еще очень хотелось посидеть в кафе, посмаковать кофе с выпечкой, мороженным, в конце-концов. Как часто мы не ценим того, что окружает нас постоянно и находится под рукой! А сейчас меня одолевала тоска и смутная тревога, что это уже не будет никогда.

Я глубоко вздохнула и продолжила работу. Ссыпав в мешочек полученную смесь, вымыла и вытерла тряпкой посуду.

— Лана, — услышала голос со двора Гулы, — подь-ка сюда.

Я выскочила на крыльцо и увидела в руках ее лист бумаги.

— Что случилось? — воскликнула я, оглядываясь по сторонам, выискивая почтальона, но его не наблюдалось.

— Вот, — протягивала она мне бумагу с текстом. Лицо выражало злость, — кто-то передал, что здесь живет странная женщина, которую вот уже несколько месяцев ищет тайная канцелярия. Это о тебе, — потрясла она посланием, — требуют показаться в местной администрации и зарегистрироваться.

— А как мне такой идти? Сразу же схватят и что-то будет, — схватила себя за щеки. Потом отчаянно вцепившись в бумагу еще раз прочла, что в случае неявки, мое дело будет рассматриваться, как сопротивление власти и будет квалифицироваться как уголовное. В случае неявки служащие тайной канцелярии приведут насильно.

— Что же делать, ГУла? — всхлипнула я в отчаянии, — Я же не подхожу ни к одному из ваших видов, и у меня нет документов.

— Так. Не вопи, — выдернула она бумагу из моих рук, — Придумаем что-нибудь.

Она пошла в дом, я за ней, все еще охая и пришептывая слова отчаяния. Войдя в дом, Гула резко остановилась и хлопнула себя по лбу.

— Конечно, вот я балда! — воскликнула она и резко повернулась ко мне, — Знаю, как тебя преобразить. Все будет отлично.

И она засмеялась. Потом бросилась в комнату и вскоре вынесла два пузырька.

— На, — протянула их мне, — Вот твое спасение. В одном краска для волос и ты будешь черной, из другого закапаешь в глаза и будешь, как у нас, черными тоже.

— Откуда? — проговорила я, принимая бутылочки.

— Так это вот краска для седин моих покупательниц, — указала на один из них, — а это я сама придумала, когда просили краску для детей с желтыми глазами от смешанных браков с Воронами. Все женщины должны иметь черные глаза — таков порядок. Но от природы не утаишь некоторые несуразицы, и тогда рождаются дети с желтыми глазами, и хоть это не так страшно, но лучше с черными. Это моя придумка и тебе будет как раз. Закапывать надо раз в недлю.

— Раз в неделю, то есть в десять дней, — обрадовалась я, — Отлично.

Поцеловав Гулу в обе щеки, бросилась в туалетную комнату. Развела в раковине краску и щеткой наложила ее на волосы, расчесывая их по всей длине. За время моего пребывания здесь, они выросли ниже плеч, и теперь я закалывала их так, как показала мне Гула, в местном стиле. Окрас был почти мгновенным. Из моих медных они превратились в иссиня-черные. Закапав по капле в глаза, увидела как через мгновение мои зеленые глаза стали карими, даже темно-карими.