Через двое суток вышла к небольшой деревеньке. Оглядела ее и поняла, что мой замысел где-то раздобыть женскую одежду и деньжат, может осуществиться, если правильно себя подать, то есть как лекарку-травницу. Френч офицера закопала на опушке леса. Оставшись в рубашке и жилетке, без знаков отличия, вышла к первому, попавшему на пути человеку. Это был старик с лопатой на плече. Остановился и, поднес козырьком ладонь к глазам, всматриваясь в меня.

— Кто такая? — услышала сильный мужской голос, совсем не старческий.

Я попыталась объяснить, что иду в столицу, но попалась к разбойникам и меня ограбили и даже хотели убить. Но видно не судьба еще и я вырвалась. Сама немного лечу, знаю травы. А вещи с чужого плеча, только что оставили, вместо своей. Ищу место, где смогу выручить деньги за лечение.

— Есть у вас такие?

Старик пожевал губами, прищурился.

— Есть, — наконец поговорил он, — У старшины дочка болеет уже с недлю, все никак не выздоровеет. А скоро свадьба. Вот и помоги, коли сможешь, и будет для тебя оплата щедрая.

Я кивнула, обрадовавшись, и пошла за стариком. Он привел меня к большому дому, под черепичной крышей, кстати, архитектурой очень похожей на земные строения. Но вокруг домА не напоминали наши сельские избы — все было разнообразно, как кому нравилось, а не то, что под одну гребенку, как часто было на Земле. И под стать были и участки, засаженные кустами или цветами, просто грядки овощей или трав. Жители одеты примерно, как и Гула, да и в столице империи, только не так ярко и без драгоценностей. Куда уж тут их носить!

В дом вошли со двора, и прямо в хозяйский кабинет. Видимо старик все знал и был вхож сюда. Хозяин встретил нас хмуро и без удивления.

— Вот, — начал, присаживаясь на стул старик, — привел тебе лекарку-травницу. Сам-то уж стар стал, мог и ошибиться. А она, — кивнул на меня, — обещалась лечить.

Хозяин уставился на меня, прищурился и кивнул.

— Хорошо, Валид, посмотрим. Но ежели врешь, то ты меня знаешь — не пощажу. Как зовут? — обратился ко мне, не вставая из-за стола.

— Лана Вик, — ответила хозяину и повернула голову к старику, — Так вот как, оказалось, — хмыкнула я про себя, — Ты тот еще сказочник. Не сказал, что сам лекарь-травник, значит, ничего не смог сделать, а меня подставил. Молодец!

— Дело знаешь? — вывел меня из задумчивости старшина.

— Знаю, — кивнула я, — покажите больную.

Мужик встал и оказался хромым на одну ногу. Махнув мне рукой, медленно двинулся по коридору и, толкнув одну из дверей, сказал:

— Сюда проходите. Здесь она.

Мы вошли в большую комнату с широкой кроватью, явно не на одного человека, видимо готовили и для зятя, с высоким арочным окном, завешенным темными тяжелыми шторами и легкой кисией. На полу лежал толстый ковер, и стояли все атрибуты хорошей спальни для семьи: сундуки, комоды, гардеробы, кресла и диванчик — все было крепким, добротным. На постели увидела небольшое тело, укутанное в одеяло. Из-за края его виднелся лоб и больные глаза, смотревшие с надеждой.

— Мне надо вымыть руки и умыться, а также сменить одежду.

Хозяин подумал, почесал голову.

— Ладно, — после молчания выдавил он, — счас пришлю служанку. Она поможет. Мы уйдем, а ты смотри и потом приходи и скажи.

Я кивнула. Он ушел, прихватив с собой и старика-лекаря.

Через полчаса, приведя себя в порядок и надев платье служанки, которое мне пришлось почти впору, я приступила к осмотру больной. Ею оказалась молодая девушка, лет восемнадцати, исхудавшая, с бледным цветом кожи, синяками под глазами и совсем без сил. Чем ее лечили и от чего, был вопрос. Выспросив о симптомах, поняла, что она просто застудилась по-женски. Спросила о последнем выходе крови и осмотрела, как смогла в таких условиях. Сняла боли магическим прикосновением, и вышла из спальни. Увидев стоящего около двери хозяйского кабинета старика, позвала его.

— У нее, скорее всего, по-женски. Надо подавать ей болеутоляющее стредство и от простуды, а еще есть такая травка, от нее женщинам воспаление снимается. Есть такая у вас?

Старик кивнул.

— Найдется.

— Дня через три пройдет, — подвела я итог.

Вышел хозяин. Я пересказала ему свой диагноз и лечение.

— Хорошо, — сказал он, хмурясь, — если все так, то щедро заплачу. Жить пока будешь здесь, и сама будешь лечить. Тогда и посмотрим, какая ты лекарка.

Так я осталась в доме старшины. У меня была отдельная комната, кормили хорошо, а лекарства я готовила вместе со стариком Валидом. Он оказался знающим и еще словоохотливым, но меня старался не расспрашивать, так как что-то подозревал, а что не говорил. Но сам рассказывал о себе, о селе и его жителях, о старшине и порядках в селе и королевстве.

Так я узнала, что король Титус стар и жесток, что не все разделяют его амбиции по завоеванию империи, понимая, что это невозможно, только каждый раз большое количество людей гибнет в ненужной войне. Жители хотят мира и спокойствия, и поэтому часто возникают заговоры против его власти, но подавляются жестоко и кроваво.

Я наматывала себе на ус и слушала с интересом. Задавала ему вопросы про столицу: где можно остановиться, где лучший трактир, как не попасть страже в руки без паспорта. Узнала, что там много мошенников и воров, проституток и бандитов и все они селятся ближе к порту. Вечером лучше не ходить одной. Можно и нож в бок схлопотать, или изнасилованной быть. Даже стражи туда не суются. Зачем им такие вопросы решать.