Мы принялись за раненых. Тяжелых было двое, остальные посечены камнями. Это были местные гражданские и некоторые стражи и еще один из портала. Подхватив его под мышки, потащила в сторону башни. За ним тянулась кровяная дорожка. Тут подскочил кто-то из мужчин и помог мне дотащить его до стола. Взгрудив на него, осмотрела. Рана была на спине. Осколком располосована кожа и мышцы. Срочно требовалась помощь, так как было сильное кровотечение. Прошила все, как и учили при таких ранениях, остановила кровь и сняла боль, приложив ладони. Закрыла глаза и сосредоточилась. Опять поползли покалывания от плеча до кончиков пальцев. Подержав немного, посмотрела на рану и успокоилась — все было нормально. Вместе с моим добровольным помощником, что стоял все время рядом и с удивлением наблюдал за моими манипуляциями, переложили воина на один из матрасов.

— Следующий, — крикнула я в корридо, где слышалось кряхтение.

Внесли раненого молоденького стража. Он громко стонал.

— Мальчишка, совсем, — подумала я, накладывая ладонь ему на лоб.

Усыпив магией, начала штопать. Это были все те же посеченные осколками раны. А вскоре еще одного, пожилого из гражданских. Он смотрел на меня и тихо стонал.

— Дочка, — услышала я, — наклонись ко мне.

Склонилась над лицом.

— Если умру, там, в моей комнатке над конюшней, узелок с оплатой. Передай моей жене. Она живет в военной крепости с сыном и там же работает на кухне. Не захотела сынка оставлять. Он у нас стражем там.

— Ну-ну, — похлопала его по руке, — сам и передашь. Сейчас тебя подштопаю, и все будет хорошо. Лежи отец и не волнуйся.

— Спасибо тебе, дочка. Я думал, что ты из тех, фрейлин, раз с принцем, а ты вон какая, наша совсем, простая, да еще и ученая лекарка. Вот, ежели, встану, то покажу самую лучшую лошадку. Тебе понравится.

Я хмыкнула и кивнула.

— Вот уж про лошадку не надо. Как-то не сложились наши отношения, — думала я уже отправляя того в сон.

Подлечив и положив на матрас, только собиралась выходить, как раздался новый взрыв, за ним другой и третий совсем рядом. Стены вибрировали, осколки летели, пыль ела глаза, попадала в нос и рот. Мои раненые были покрыты ею, правда, на простынях, которыми тут их прикрывали.

— Лана! — услышала крик Ежина, — Ты где?

— Я здесь, — отплевывалась я от летающей в воздухе смеси.

Он, подбежал ко мне, сидевшей у стены, приподнял за локти и всмотрелся в лицо.

— Ты, как? Не ранена?

— Нет, — помотала я головой, — А ты?

— Со мной все в порядке. Недавно прилетел и не один. Со мной воины из крепости. Они уже там в воздухе. Эх! — рубанул он рукой, — Жаль, что не берут меня с собой. Сказали, что буду только мешать. Да я и сам понимаю. Не умею делать лучи. А вот помогать здесь могу. На стенах стоял и из арбалета стрелял в тех, кто бросал огненные бомбы. Жаль, что ни в кого не попал. Но мы их отогнали.

— А раненные есть еще? — спросила я, отряхиваясь от остатков на волосах и на одежде.

— Таких, которых сюда к тебе нет. Остальных ребята сами перевязывают и те опять на стене. Говорят, что могут пойти пешие диверсанты или даже пираты с разбойниками. Они там все объединились вместе. Лана — неужели война? Принц говорил тебе что-нибудь?

— Нет, — помотала головой, — Думаю, что скорее просто диверсанты. Они готовились к нападению. Видимо, думали, что нас мало и получится захват, а тут мы, да еще и с принцем.

— Вот и достанется им, — усмехнулся Ежин, — Пойдем наружу, посмотрим на бои в небе. Они уже ближе подлетели и все видно хорошо. Там такая карусель! Ого-го! Правда, непонятно, где чьи. Но думаю — наши побеждают. Все-таки принц, еще тут и Главнокомандующий, да и воины из дворца. А они самые-самые лучшие в империи!

Мы шли по коридору, а он размахивал рукой, будто доказывал мне, не понимающей. Но я все это уже видела и помнила, особенно бой в то самое мое первое утро в этом мире.

— Вот все и вернулось на начало. Только зачем я здесь? Непонятно, — хмурилась я.

— Быстрей-быстрей, — услышали мы призыв и увидели бросившегося к нам заместителя начальника крепости, — Надо лететь с возком. Смотрящий получил известие, что ранен наследник и лежит тут, недалеко. Ежин лети и найди его.

— Я полечу с тобой, — крикнула тому, когда он побежал за люлькой.

Прихватив иглы и тряпицы, впрыгнула в возок и присела, держась за веревки. Ежин обернулся и стражи подвесили ее ему на лапы. Он начал подъем, а у меня сердце билось от страха, страха за Турона.

— Господи, — молилась я, — только бы живой. Господи спаси и сохрани его для меня!

Мы отлетели недалеко, и я увидела сквозь деревья какое-то тело. Ежин начал потихоньку опускать вниз, но мешали ветви. Кроны в этом месте почти срослись. Продираясь своим весом вместе с люлькой, я торопила Ежина криками «быстрее». Уже почти спустилась, как попалась большая ветвь и мой возок перевернулся. Я, хватаясь за ветки, полетела вниз. Хорошо, что прикрыла веки, а то бы осталась без глаз. Кое-как приземлилась, быстро слезла на землю, ободрав себе лицо и руки, вскочила и подбежала к лежащему ничком человеку. Перевернула и даже облегченно вздохнула — это был один из воинов Орлов дворцовой стражи. Без сознания. Грудь и живот прожжен, опалено лицо. Перетащив его в люльку, приказала лететь в крепость. Там наложат мазь специальную, которую принесли с собой.