Снова полыхающий взгляд в мою сторону. Арван знает, что Эхран действовал обманом? Что я не хотела этого? Или… всего лишь сформулировал таким образом, чтобы обратиться в Совет?

Но главное, он все-таки хочет меня вернуть и готов бороться?!

– А какие наши правила нарушил Эхран? – удивился Шэрт.

Вот не зря этот гад молний не понравился мне еще с прошлого раза.

– Это прецедент, – заметила богиня ветра. Де Агнис, де Арайс или де Эльден. Но лучше бы все же не де Арайс, как Эилона. – У нас еще ни разу не случалось такого. Смертные жены превращались в монстров, никто посторонний на них не претендовал. А богини вольны сами выбирать себе мужей. И богини уж точно не попадают в такие ситуации, когда их можно обмануть – богини знают ритуальный язык.

Эхран оставался спокоен. Арван сжал кулаки.

– Алена стала богиней во время ритуала. Посмотрите на запястья! Убедитесь сами, если не верите.

– Человек не мог стать богиней, – качнул головой еще один бог.

Как это не мог? Они слепые, что ли? На случай, если действительно слепые, я продемонстрировала запястья. Одно – свободное, второе – с брачными символами. Как у богинь.

Арван хотел что-то еще добавить, но Эгран знаком заставил его замолчать.

– Да, это прецедент, – согласился Эгран. – До сих пор ни одна смертная не становилась богиней. Алена – первая. И раз вы сами заметили, что богиням предоставляется выбор, может быть, спросим Алену, а чего в действительности хочет она? Согласна ли оставаться женой бога Эхрана де Фарваль?

– У нас не приняты разводы! Разводятся только со смертными монстрами, – заметил Шэрт.

– Значит, ты признаешь, что Алена – отныне богиня? – выпалил Арван.

– Не признаю.

– Давайте спросим… – начал Эгран, но теперь перебили его.

– Это невозможно!

– Эта девчонка не может быть богиней!

Совет все больше походил на какой-то балаган. Арван нервничал, я тоже. И наконец не выдержала:

– Я богиня и хочу сказать свое слово!

Пока я на Совете – этим стоит воспользоваться. Даже если не могу выдать тайну Эхрана, хотя бы сообщу, что против в очередной раз навязанных брачных уз.

В зале повисла тишина, все взгляды устремились ко мне. Тяжелые, недобрые по большей части.

– Смертные не имеют права голоса на божественном Совете, – обронил незнакомый бог.

– Алена богиня, – повторил Арван. – Проверьте сами.

– Посмотрите на меня внимательнее. Вы ведь всевидящие, всезнающие боги. Вы умеете отличать смертных от богов. Посмотрите на меня и скажите, кто я.

– Молчать, – обронила богиня ветра.

– Я не хочу…

Собиралась сказать, что не хочу быть женой Эхрана, пока меня не заткнули.

– Молчи! – прошипел Эхран. – Алена, не надо.

Но его-то опасения понятны, не хочет, чтобы разбирательство пошло по пути, чего же хочу я, если меня признают богиней.

Богиня ветра поднялась со своего места и протянула руку. Я увидела, как с ее пальцев срывается что-то светлое. И чуть не задохнулась. Я силилась что-то сказать, но не могла. Я задыхалась!

– Какая же она богиня, если я столь легко могу на нее воздействовать? – усмехнулась богиня. – Совершенно не прилагаю усилий. Как со смертной.

– Прекратите эти пытки! – выпалил Эхран. – Алена – моя жена и вы не имеете права ее пытать!

Арван едва не бросился ко мне, но остановился. Или мне и вовсе показалось, когда перед глазами начало темнеть от нехватки кислорода. И пламя на его руках, взметнувшееся от кончиков пальцев до локтей, наверное, тоже галлюцинация.

А потом давление все же прекратилось.

– Со смертными, которые нарушают правила Совета, имеем право делать что угодно, – фыркнула богиня, садясь обратно на свое место.

Я пыталась отдышаться и ненавидела уже их всех. Меня трясло от пережитого кошмара, но больше от зашкаливающего внутри чувства ненависти.

Эхран обнял за талию, помогая устоять на ногах, а то голова подозрительно кружилась. Вот тебе и неуязвимость. А перед богами оказалась слаба, как все та же букашка!

– Не нужно, не нарывайся, – прошептал Эхран на ухо.

– Пора принимать решение, – словно гром, грянул голос не-спящего-бога.

– Вы не можете отрицать очевидного, – заметил Арван. – У Алены на руках символы богини. Да, она слаба, потому что совсем недавно стала богиней. Молодые боги тоже не могут противостоять более взрослым и опытным. Но это не отменяет обретения ею божественной сути. А значит, и правила смертных больше не действуют. Алена имеет право выбирать.

– Но даже если вы не хотите признать, что Алена богиня, мы в любом случае будем требовать справедливости, – добавил Эгран. – Даже если приравнять Алену к собственности – Эхран не имел права забирать ее у Арвана. Недовольны все де Тарриот. Мы требуем вернуть нам нашу собственность.

Ух как заговорил! Но уже и правда плевать, как меня назовут. Лишь бы привлекли Эхрана к ответственности.

– Эхран украл! И он должен вернуть украденное, – заявил Арван, поддерживая тактику деда.

– Что скажешь ты, Эхран, в свое оправдание? – спросил незнакомый бог.