А струны Вселенной… здесь как будто дрожат и звенят от количества безумной магии.

Почему я не превратилась в монстра, пока магия Арвана переходила от него ко мне и начинала терзать уже нас обоих? Ведь Арван был на грани безумия! А значит, я получала крайне враждебную магию. И мне ведь даже плохо становилось. Почему только превращение пошло по иному пути?

Когда мы снова вернулись, я попыталась объяснить ощущения и размышления, к которым они привели. Оба бога слушали внимательно, хмурились.

– Я не контролировал себя. Безумие завладевало мною, – сказал Арван. – И это не имеет значения, на каком этапе бог заключает брак со смертной. На грани он или не на грани – смертная все равно не выдерживает.

– А на скорость превращения это как-то влияет?

Эгран покопался в документах.

– Нет. Не влияет. Примерно одинаково. Иногда жена бога, который на грани безумия, держится чуть дольше. Иногда быстрее в монстра превращается жена бога, который еще хорошо себя контролирует. Скорее, это зависит от интенсивности передачи магии, а не от ее ярости, как ты это называешь. Должен заметить, ты, Алена, на самом деле становишься крайне чувствительна к магическим процессам. Однако у нас слишком мало информации, чтобы строить предположения. Как насчет того, чтобы посетить академию жен?

– А мы можем? – Вспомнилось, что в академию пускают только мужей. Остальным богам туда дорога закрыта. – Вы, Эгран… – прохрипела потрясенно, сраженная ужасной догадкой.

– Нет, у меня нет смертной жены, – хмыкнул он, растолковав шокированные взгляды. – Моя жена – богиня.

О как… интересно! Ведь даже не поинтересовалась за все это время.

– Но мы – подразделение той самой комиссии, которая с целью исследований может посещать академию сколько угодно, – победно усмехнулся Арван.

Затягивать не стали. Решили посетить академию – значит, отправляемся прямо сейчас. Нас встретила Олэна, явно почувствовав появление посторонних богов. Изумленно вытаращила глаза, глядя на меня.

– Алена? Ты богиня созидания?

Ну да. Между прочим, у вас тут долгое время еще одна богиня расхаживала. Правда, богиня разрушения, но ведь тоже числилась в женах.

Эгран выступил вперед, перетягивая на себя внимание.

– Олэна, мы представляем комиссию по исследованию божественного безумия и способов избавления от него. У нас важное дело.

– Да, конечно, ард Эгран. Не смею мешать, – Олэна вежливо, даже почтительно кивнула богу и поспешила исчезнуть.

– А документы? Мы не должны предъявлять никаких документов? – удивилась я.

– Вы с Арваном должны, – хмыкнул Эгран. – Но я состою в Совете. Мне верят на слово.

Вот оно что. Я чуть поразмыслила и попросила:

– А можно мне пропуск? Или где там у вас написано, что я из этой самой комиссии, которая может входить в академию?

– Вернемся – сделаем, – кивнул Арван.

– Осматривайся, Алена, – предложил Эгран. – Делай все, что посчитаешь нужным. Это твоя идея – посетить академию. А мы с Арваном будем тебя сопровождать.

– Благодарю, – я кивнула и двинулась вперед по коридору.

Как выяснилось, сопровождение богов на самом деле оказалось нелишним. Занятия у девушек на сегодня закончились, и к ним начали наведываться боги! С одним из богов мы столкнулись в коридоре. Незнакомый бог молний изумленно округлил глаза, глядя на меня. Но когда заметил, что со мной Арван и Эгран, вежливо поздоровался и предпочел скрыться за поворотом.

Удивительно, сколь сильное впечатление производит Эгран! Об этом стоит поразмыслить. Ну а пока…

Я следовала за своими ощущениями, погружаясь в них все глубже. Боги не отвлекали меня пояснениями, какие жены здесь появились раньше, а какие позже. Мне и не требовались эти пояснения – я отчетливо чувствовала, в ком магии больше, в ком она сильнее ярится и чьи тела потихоньку истязает, заставляя меняться. В пределах группы степень изменений варьировалась, но не слишком сильно. Зависело это, опять же, от количества магии.

Когда, присмотревшись, внезапно смогла разложить в своем восприятии магию на части: стихийную и разрушительную, удивилась. Похоже… разрушение ярится и воздействует на тело гораздо сильнее, чем стихия, какой бы она ни была.

– Стихии почти спокойны, – заметила я. – Безумствует разрушение.

– Все стихии одинаково спокойны? – заинтересовался Эгран.

– Ты разделяешь восприятие магии на стихии и разрушение? – удивился Арван.

– Да… а вы разве нет?

– В принципе… да. Если постараться, прислушаться к ощущениям. Но почему ты заметила это раньше нас? – удивился Арван.