Ну что сказать, противник прекратил стрельбу из стрелковки. Зато щедро засыпал позиции обороняющихся минами. Виктор понятия не имел сменили ли позиции Овечкин и Гранин, но вот место где ещё недавно укрывался его экипаж утюжат совершенно напрасно.

Нестеров вскинул к глазам бинокль, и прошёлся беглым взглядом по опушке. Маскируются нацгвардейцы конечно неплохо, но против его «Наблюдательности», это не пляшет, от слова совсем. Вот только рядовые Нестерова не интересуют. Не получилось выявить лица начальствующие с наскока, посмотрит повнимательнее.

Вскоре его усилия были вознаграждены. Он приметил группу из трёх офицеров, которым не помогла укрыться ни полевая форма, ни накидка из маскировочной сети. И к слову, это были янки. Если окажется кто-то из высоких чинов, обличённых властью, лично отправившихся вперёд для рекогносцировки, это будет просто невероятная удача.

Виктор взял «Горку» и приник к прицелу. Кратность у него конечно не та, что у бинокля, но это и не важно, с его-то умениями и намётанным глазом охотника. Галочка села точно на лицо офицера, принятого им за старшего, внести необходимые поправки, с учётом метеоусловий, и плавно потянуть спуск.

Артефакт привычно лягнул в плечо, Нестеров же быстро передёрнув затвор, уже выцеливал следующего. Тот всполошился гибелью то ли товарища, то ли начальника. И пока пребывал в растерянности получил привет в голову. Третий попытался укрыться, но так уж вышло, что не сообразил с какого направления вёлся огонь, и наоборот подставился.

Три выстрела, три трупа. Отличный результат, что тут ещё сказать. И главное, попадания строго в голову, а значит «Аптечка» тут бесполезна. И если его догадка относительно командования верна, то им однозначно получилось выгадать не меньше часа, а то и больше.

— Всё парни, уходим, — скатившись вниз, приказал Виктор.

— Совсем, или только меняем позицию? — уточнил Туников.

— Пока отходим к деду. Мне нужна связь. И на будущее, Тимур.

— Я, — отозвался Ясенев.

— Что хочешь делай, на пупе извернись, но раздобудь ещё одну носимую радиостанцию.

— Так я же уже сделал для деда.

— Сумел раз, сможешь и в другой.

— Е-эсть, — обречённо вздохнул радист.

Секретное задание

Вездесущее солнце нашло-таки брешь в парусине палатки и один из лучиков скользнул в полумрак, упёршись точнёхонько в глаз Виктора. Вроде вчера ночью припёрся усталый как собака, и уснул не успев донести голову до подушки. Но стоило только этому озорнику коснуться закрытого века, как сна ни в одном глазу. Нестеров сразу сместился, будучи полон решимости проспать ещё эдак минут триста, но тщетно.

— Твою ж-же м-мать, — в сердцах выругался он, сдаваясь и открывая глаза.

В палатке было сумрачно, поэтому виновника его пробуждения долго искать не пришлось. Надо бы озадачить кого-нибудь, чтобы заштопали прореху. Сейчас-то пока сухой сезон и не особо жарко, к слову, но благость эта продлится недолго, скоро зарядят дожди и будет весело.

Он поднялся с походной складной кровати, сунул ноги в лёгкие сандалии и подхватив несессер с полотенцем, направился умываться. Хорошо иметь танк, способный увезти уйму имущества. И очень плохо терять его, потому что сердце кровью обливается от количества утраченного. Дед в Викторе дыру прожёг своим осуждающим взглядом. Ведь именно его прицеп с имуществом пришлось бросить в том поле.

А вообще, повоевали они славно. Как и предполагал Нестеров, он подстрелил кого-то очень непростого. Точных сведений пока нет, но целых два часа янки и нацгвардейцы не проявляли никакой активности. Потом-то они вновь пошли, и взвод Виктора сильно упираться не стал. Постреляли немного для порядка, да откатились назад, едва в воздухе засвистела первая мина. Выгадать получилось всего лишь минут двадцать, но и это хлеб.

Впоследствии они ещё пару раз устраивали противнику кровопускание, но теперь уже в лесу. Не сказать, что вышло сильно замедлить продвижение, однако задержки были. А там ещё и ушедшие вперёд мотоциклисты постарались, подрывая стволы деревьев и роняя их на дорогу. Имелась среди них парочка бойцов со вторыми ступенями «Сапёра» и «Подрывника», так что, отработали на ять.

Все эти старания не прошли напрасно. Рассечённые части сандинистов сумели организовано отступить, соединиться и занять позиции по холмам на подступах к Манагуа. Наступающие попытались было взять город сходу, но не преуспели в этом, понеся значительные потери.

Генерал Сандино не преминул выдать это за военную победу, раструбив на весь белый свет о том, что самосовцы и янки угодили в расставленную ловушку с ложным отступлением, и увлёкшись наступлением сходу напоролись на заблаговременные позиции, понеся катастрофические потери.