Камилла подняла руку.

— Твой первый вариант должен быть готов всего через пару недель. И хотя я не сомневаюсь, что ты сможешь придумать что-то ещё, это не будет так сильно, как твоя первоначальная идея или то, что может предложить Келли.

— Но...

— Либо ты можешь продолжить свой первоначальный план, либо Келли займет твое место в этом выпуске. Что ты выберешь?

Джули почувствовала, как что-то яростно пульсирует у нее в виске. Ей хотелось рассердиться на Камиллу, которая вела себя совершенно уперто и неразумно, но это было бесполезно.

Её сердце требовало, чтобы она отошла в сторону. Ее карьера не стоила такой боли. Ни для себя, ни, тем более, для Митчелла.

Она уже открыла рот, чтобы согласиться, когда увидела, что Келли широко улыбается и уже что-то черкает в своем блестящем фиолетовом блокноте.

— Я сделаю это, — услышала она свои слова. — Я закончу то, что начала.

Камилла выглядела довольной. Келли выглядела так, будто страдает запором. Грейс и Райли выглядели обеспокоенными.

И Джули почувствовала себя ещё хуже.

Остаток совещания прошёл как в тумане, а когда оно закончилось, она чуть ли не бегом бросилась из душного конференц-зала, отчаянно нуждаясь в свежем воздухе.

Грейс и Джули обошли её с двух сторон, направляя к лифту вместо их общего офиса.

— Прости, — тихо сказала Грейс. — Я не понимала, как ты переживаешь из-за этого, пока не стало слишком поздно.

— Я тоже, — извинилась Райли. — Что ты собираешься делать теперь?

Джули невесело усмехнулась. У нее не было выбора.

— Теперь? Теперь я достаю большие пушки.

— Секс втроем? — спросила Райли.

— Нет. Ночь кино.

Глава 9

— Кажется, я совершил ошибку.

Колин остановился в дверях от удивления, его кофе распласкался и перелился через край его фирменной кружки.

— Господи, Форбс, какого черта ты делаешь в моем офисе?

Уж точно не любуюется статуей Свободы. У Колина действительно дерьмовый вид из окна. Но Митчелл не удостоил уродливое офисное здание за окном Колина и второго взгляда. Он даже почти не обратил на него внимания.

Впервые в своей профессиональной карьере он расположился лагерем в кабинете коллеги, в ожидании совета.

— Что насчет ошибки? Сделка с Фокс прошла не так, как планировалось? — спросил Колин, беря салфетку и вытирая кофе с руки.

— К черту сделку с Фокс. Речь идет о пари. Знаешь тот нелепый план, который мы придумали после слишком большого количества рюмок Maker’s Mark?

Колин усмехнулся.

— Конечно, я знаю о пари. Весь этаж знает о пари. У меня есть ставки.

Митчелл оскалил зубы.

— Скажи мне, что ты шутишь.

— Нет. Я подумал, что не помешает заронить семя. Тогда люди не удивятся, когда через несколько недель мы поменяемся офисами. После того, как ты проиграешь.

Но Митчелл не думал о победе или поражении.

Он думал о том, что произойдет, если новости дойдут до Джули. Одно дело, если бы это было между ним и Колином. Но чтоб знал весь офис?

— Ты идиот, — прорычал Митчелл. — Ты хоть представляешь, как быстро распространяются сплетни в этом городе?

Колин пожал плечами, усаживаясь в свое вращающееся кресло, которое тут же начало крутиться, что напомнило Митчеллу проблемного шестиклассника.

— Не волнуйся, чувак. Они все знают о ставках. И всех предупредили, чтобы они были осторожны рядом с Грегом Парсонсом. Он повернется и расскажет Грейс, а она проболтается своей лучшей подруге и испортит все веселье.

Даже если Грег не расскажет Грейс, достаточно будет одного несдержанного стажера, и это дерьмо попадет во все колонки сплетен.

Как будто попытка держать Джули на расстоянии, когда она, казалось, была полна решимости залезть ему под кожу, не была достаточно напряженной, а теперь к этому добавилась еще и необходимость убедиться, что она не узнает о пари. Пари, которое официально превратилось из спонтанной ошибки в самое худшее решение в его жизни. Он думал, что это будет полезным подтверждением того, что он не послушный, ищущий жену трутень.

Вместо этого это стало печальным напоминанием о том, что он был законченным сукиным сыном.