— Джули.

Она проигнорировала его, схватила его за руку и потянула ко входу. Джули продолжала заигрывать с вышибалой. Она чувствовала на себе взгляд Митчелла, но отказывалась встретиться с ним глазами.

Брент махнул им рукой, нахмурившись, и Джули втащила Митчелла в клуб, где ее накрыла знакомая пульсирующая темнота. На секунду она замешкалась. Как она могла чувствовать себя такой одинокой в таком плотно заполненном людьми пространстве?

***

Митчелл может быть новичком в ночных клубах, но он, очевидно, провел свое исследование.

Через несколько секунд после входа в логово он заказал им угловой столик и дорогой алкоголь. Цена была астрономической, но альтернативой была борьба с толпой в шесть человек, чтобы добраться до бара и выпить водки с содовой.

После того, как им налили напитки, Джули не сводила глаз с места, расположенного чуть правее его глаз, надеясь, что он не заметит, что она не смотрит ему в глаза. Она не могла смотреть ему в глаза.

— За интрижки, — она подняла свой бокал и ждала, когда он произнесет ответный тост.

— За нас, — сказал он вместо этого.

Она осушила свой бокал в три глотка. Никаких «нас» не было.

— Помедленнее, — пробормотал он.

Но Джули не хотела милого Митчелла. Ей не нужен был джентльменский Митчелл. У нее оставалось лишь ограниченное количество времени с этим сложным мужчиной, и она собиралась насладиться им.

— Еще один, — сказала она.

— Джули...

Она заставила его замолчать горячим и немного грубым поцелуем. Ее зубы царапали его нижнюю губу, желая причинить ему боль. Он отставил бокал и обнял ее за спину, а другой рукой запутался в ее волосах. Митчелл наклонил голову и углубил поцелуй. Его язык парировал с ее языком. Джули почувствовала привкус гнева на его губах.

Поцелуй не был сладким. Он не был добрым. И уж точно не любящим.

— Джулс?

Она простонала.

— Джулс!

Прошло несколько минут, прежде чем голос пробился сквозь сексуальный туман. Кто-то звал ее по имени. Не Митчелл.

Она отстранилась от поцелуя Митчелла, тяжело дыша. Она поднесла руку к губам, понимая, что они опухшие и влажные.

— Эй, я думала, это ты.

Она подняла взгляд и увидела красивое, знакомое лицо.

— Кэм!

Новоприбывший широко улыбнулся и без приглашения сел. Джули взглянула на Митчелла, который выглядел где-то между раздражением и возбуждением.

Хорошо.

— Кэм, это Митчелл Форбс. Он... мы...

Кэм ухмыльнулся.

— Да, я вижу. Я думаю, что температура вокруг твоего стола примерно на десять градусов выше.

Двое мужчин пожали друг другу руки, и если Кэм и заметил, что Митчелл пытается сжечь его заживо своим взглядом, он этого не показал.

— Эй, Джулс, Кэти Энн устраивает вечеринку в Blink в следующие выходные. Ты должна прийти.

Джули наклонила голову.

— Я знаю Кэти Энн?

— Нет. Но ты знаешь меня, — рука Кэма легла на ее колено, и Джули бросила нервный взгляд. Она и Кэм встречались около пяти минут несколько лет назад, но кроме того, что иногда они танцевали, если сталкивались, между ними ничего не было.

— Так что ты думаешь, Джулс? Заглянешь к нам? Ради старых времен?

Его взгляд блуждал по ее телу, давая ей понять, какие именно старые времена он хочет пережить.

Джули колебалась. Приходить на вечеринку в «Blink» к незнакомой девушке ей хотелось меньше всего, и все же... что, черт возьми, еще у нее могло произойти? Уж точно не Митчелл.

— Конечно, — сказала она, пожав плечами. — Я заеду.

— Она не заедет, — сказал Митчелл, его рука опустилась на плечо Джули, а взгляд остановился на руке Кэма на ее ноге.

Кэм легко улыбнулся и быстро убрал руку.

— Извини, чувак. Не знал, что все так.

— Это не... — начала Джули.

— Это так, — сказал Митчелл, прервав ее.

Кэм присвистнул и встал.

— Не могу сказать, что я когда-либо думал, что кто-то сможет приручить Джули Грин, но поздравляю, парень. Это настоящий подвиг.

Он подмигнул ей и перешел к следующему столику, прежде чем Джули успела осознать, что только что произошло. Наконец она повернулась к Митчеллу, яростно глядя в его нечитаемые глаза.

— Ты сейчас серьезно?

— Я ненавижу эту фразу. Она звучит так, как будто ее произносит подросток.

Гнев Джули ревел так громко, что она едва могла слышать музыку.

— Что это было, черт возьми, Митчелл? Ты говоришь мне, что я всего лишь интрижка, и при этом не пускаешь меня на вечеринку?