Стремительно развернув листок, кронпринц помрачнел и спросил:

– Кто?

– Магистр Берион и сэр Матиуш, - нервно ответила я.

– Нет, спасать не будем, - мгновенно принял решение магистр Ксавьен.
– Матиуша я бы еще спас, но Берион – туда ему и дорога.

И тут Хтиопс, просунув морду через плечо Каенара, что-то прорычал жалобно.

– И что он сказал?
– живо заинтересовалась я.

– Если дословно «дорога домой», - произнес мой господин.

– А если не так точно, то мне крайне интересно, как обезумевший Хтиопс появился близ границ столицы, демонстрируя самое натуральное бешенство. Мы уверенно полагали, что они проникают в наш Поднебесный мир случайно, а тут это…

Каенар повернулся и посмотрел на Тварь. Тварь жалобно взирала на него всеми шестью глазами. Ядовитый хвост на всякий случай еще раз указал на схему и зверь повторил ранее прорыканное.

– Домой хочет, к маме, - магистр Ксавьен помрачнел.
– А мы ведь убили бы его сегодня.

И повернувшись, крикнул одному из студентов:

– Лекаря сюда, быстро!

И далее, полностью игнорируя меня, Каенара и исчезновение, которое вполне можно было классифицировать как похищение, магистр Ксавьен занялся несчастной израненной, хотя едва ли это существо можно было бы изранить, Тварью из нижнего мира.

И пока я просто стояла в растерянности, поглаживая морду Хтиопса, который видимо меня избрал своей временной мамочкой, Каенар откровенно говоря приходил в неистовство.

– Магистр Ксавьен! – в третий раз позвал он.

– И вот тут еще одну царапинку поправим, и еще один, и тут вот мазь заживляющую нанесем, -продолжал упоенно магистр.

Взбешенный Каенар посмотрел на меня. Мне сказать было совершенно нечего, если бы я знала, что делать, я бы уже это сделала, а так… все что я могла, это поглаживать Хтиопса, которого увлеченно лечил магистр Ксавьен.

Разъяренный Надежда Империи плюнул на магистра, пусть и метафорически выражаясь, и с моим листком пошел чертить схему древних асуров. Я искренне понадеялась, что начертила все правильно. И написала. Потому как символы вне схемы были мне неизвестны, и возникал вопрос - а существовали ли такие слова вообще, или я их в спешке придумала.

Когда все было закончено, Каенар для начала выдворил всех с полигона, ну кроме меня, магистра и зверюги, которой процесс лечения определенно доставлял удовольствие, после активировал защитный полог, оградил все происходящее от лишних глаз и ушей, и лишь затем протянув руку, направил собственную силу в нарисованный контур.

Тут уже даже магистр Ксавьен заинтересовался происходящим.

А вот я как-то не очень интересовалась, поэтому приказное «Асьен, иди сюда, меня совершенно не порадовало».

Но пришлось подниматься, последний раз почесав хтиопса между двумя самыми большими глазами на его морде - там оказалось самое почесотное место, и идти к своему господину. Господин молча вручил мне лист, следом грифельный карандаш, а после прозвучало:

– Если меня ранят, символы нарисуешь сама и возвращаешься, даже не оглядываясь. Все поняла?

Ответа он не дождался.

И схватив меня за руку, утащил за собой в адище! В самый Нижний мир! В место, куда ни при жизни, ни после нее вообще никто не хотел бы отправиться.

***

Здесь было очень темно. Настолько, что я сначала услышала свист кнута, со скрипом терзаемую изуверским оружием плоть, и глухой рык сдерживающего крик магистра Бериона, и лишь после увидела все это воочию.

Их было шестеро. Древние асуры, которые оказались не такими уж и древними, раз дожили до наших дней. Огромные, могучий Каенар на их фоне выглядел стройным подростком, жуткие, с совершенно алыми глазами, в шипастых доспехах, от шеи и до глаз почти полностью скрывающих их лица, и длинными черными волосами, косами заплетенными от висков, и собранными в хвост на затылке.

Желание начертить круг перемещения и исчезнуть вот прямо сейчас, возникло тут же. Но Каенар не зря всучил мне листок и карандаш - символы возле круга, проявившиеся на этой стороне, отличались от тех, что проявились в нашем Верхнем мире. И зная, как быстро символы способны исчезать, я тут же присела на ближайший камень и принялась переписывать и перечерчивать.

– Хм, а девчонка не робкого десятка, - произнес один из асуров на чистейшем нашем языке.

На самом деле не знаю, что там по поводу робкого десятка, но у меня зуб на зуб не попадал от страха. Но я все равно упорно делала свою работу, не отвлекаясь ни на чьи заклинания и в то же время в мое сознание вдруг закралась странная мысль – этот переход ведь должен был исчезнуть уже. Они быстро исчезают без следа. А этот стоит. Что его держит?

И тут главарь Асуров, тот, кто держался подальше, не держал в руках кнут и вообще восседал на валуне, как главарь и правитель, произнес:

– Нам нужна девчонка. Ваше императорское высочество, забирайте своих людей и уходите -у нас нет причин враждовать.

Я бы в этот момент испугалась, но мне нужно было дочертить последний символ.

Каенар усмехнулся, и довольно издевательски ответил:

– Странное дело, но эта девчонка почему-то нужна всем. И с каждым днем количество жаждущих заполучить ее только растет. Асьен, ты знаешь этих… людей?