Я построил себе дом под землей. Бетонные стены с антирадиационным покрытием гарантировали мне безопасность. Универсальный генератор, работающий практически на любом топливе, обеспечивал мне все бытовые удобства, а также существование растений, что необходимо.У вас, насколько мне известно, идет постоянная борьба за выживание. Едите вы биомассу из водорослей, единственное, что можно вырастить в условиях нехватки энергии. Количество людей увеличивается, а чистой воды мало. Витамины вы синтезируете химическим способом. Но они малоэффективны и плохо усваиваются организмом. Помимо всего этого, у вас идут мутации. Незначительные, правда, для внешнего облика, но срок жизни, например, резко уменьшился. Раньше люди жили порой до ста лет. А теперь? Ты говоришь, что твои родители умерли, не дожив и до сорока лет, а твои коллеги по работе в тридцать пять выглядят глубокими стариками.

Я все предусмотрел. У меня есть маленькие, но вполне достаточные для меня плантации, где растут обогащенные необходимыми витаминами травы. В одном из бункеров расположен гимнастический зал с набором тренажеров. У меня несколько отменных, герметичных радиофицированных скафандров, в отличном состоянии, и я без опаски хожу туда, куда вы и подумать боитесь.

Я все предусмотрел. Хочешь чаю?

Лена равнодушно махнула рукой.

– Ладно уж, неси. Уговорил...

Они пили чай с хрустящими солеными галетами и слушали божественную музыку, медленно выплывающую из акустических систем, обволакивающую, уносящую в даль, в невероятную даль, когда на земле не было еще никаких глобальных катастроф, а были величественные музыкальные инструменты - из тысячи разных труб, и жили люди, извлекающие из этих инструментов чарующие галлюциногенные звуки.

Когда музыка кончилась и магнитофон отключился, вернув слушающих из прекрасного прошлого в существующую реальность, Лена неожиданно вздрогнула и спросила:

– А ты не боишься мутантов?

– А чего их бояться?

– У них есть оружие, и они пытаются убить всякого, кто встречается им на пути.

Александр рассмеялся:

– Я все предусмотрел. Леночка, милая, мои скафандры пуленепробиваемы, огнеупорны и водонепроницаемы. Когда я совершаю вылазки в город, мне абсолютно нечего бояться. Вдобавок я нашел небольшой бронированный вездеход, на котором и вожу все мне необходимое. Хорошо, что здесь неподалеку чудом сохранилось громадное нефтехранилище. По крайней мере, классным горючим я обеспечен еще лет на двести. Кстати, не хочешь ли съездить со мной туда? Ты ведь ничего подобного еще не видела.

Лена поежилась:

– Страшно.

– Конечно, страшно. Страшно-престрашно, но ни капельки не опасно. Поехали. Заодно и на мир посмотришь.

III

Двигатель вездехода работал ровно, не ревел, не взвизгивал, не тарахтел; вполне приемлемый гул не мешал разговору, и Лена не чувствовала какого бы то ни было беспокойства от этой первой в ее жизни большой вылазки.

Нельзя сказать, что раньше она никогда не выходила на поверхность земли, просто случалось это не часто и выражалось в основном переходами из одних подземных жилищ в другие. Таким образом она однажды и познакомилась с Александром.

Тусклое солнце тонуло в серых сугробах, никаких признаков жизни вокруг не наблюдалось, на горизонте маячило какое-то странное сооружение, увеличиваясь все больше и больше, по мере приближения к нему вездехода.

– Нефтехранилище, - ткнул пальцем Александр.

– А там есть кто-нибудь?
– спросила Лена, жадно всматриваясь в растущую на глазах махину.

– Мутанты могут быть.

– А они страшные?

– Обычные, только черные, как сажа, говорят непонятно и, похоже, не мрут от радиации.

– Странно. Мне про них такие ужасы рассказывали, что они с хвостами, шерстью покрыты или, наоборот, лысые, с шестью руками и друг друга едят. Брр-р.

Лена зажмурилась.

– Ерунда. Никого они не едят. Убить могут, что правда, то правда, оружие у них есть. За последний месяц я раза три с ними встречался, обменивались очередями из автоматов, на этом все и кончилось. Я в принципе так же мало о них знаю, как и вы, но то, что друг друга они не едят, это точно.

– А если все-таки едят?

– Тогда бы они трупы не оставляли. Помнишь из древней истории дикарей-людоедов? Так вот они после боя всех убитых съедали, а эти бросают. Нет, их больше продукты из хранилища интересуют. Из-за этого и в перестрелку со мной вступали. Конкурента, видимо, почувствовали. Одного не соображают, что я-то в скафандре, а они голые.

– Совсем-совсем голые?

– Совсем. И мороз им не страшен. Может, у них кожа толстая? Я не знаю. Близко не подходил. И не страшно, знаешь, но как-то неприятно: вроде люди, а вроде и нет. Короче, в лапы к ним попасть бы не хотел.

Лена задумалась. Мрачная морщинка, образовавшись под носом, сделала милое личико серьезным и в то же время каким-то тусклым, как будто оно вдруг сразу постарело на несколько лет.

– Что с тобой?
– спросил Александр.
– Ты боишься встречи с ними?

– Нет, Саша, не встречи. Просто я подумала, что...

Она замолчала.

– В общем... что если мы все потихоньку вымрем, а они останутся? Может быть, за ними будущее земли?

– Не думаю, Лена. Нет. Во-первых, они уже подверглись мутации. Во-вторых, они постоянно получают дозы, и если даже для них самих это не смертельно, то на потомстве отразится обязательно. Превратятся постепенно в человекообразных обезьян. Я где-то читал, что нечто подобное однажды уже было на земле. У какого-то фантаста, кажется. Кстати, двадцать лет назад наверняка почти все обезьяны погибли, а многие виды исчезли навсегда, так что, вполне возможно, в далекой перспективе, конечно, пополнение выбитых рядов новыми видами из деградирующих человеков.