Земля от его удобрений

Дала мне свои дары,

И стали расти незримо

Рога в честь давней поры.

Ответь, по какому праву

Молчат о моих делах?

Хоть я по рожденью Апис,

Считают, что я феллах.

Коль знаешь, скажи, что делать

В тяжелом горе моем,

Какой, научи, поступок

Придаст мне сходство с царем?

Пер Гюнт

А ты бы возвел пирамиды,

Вырубил сфинкса средь скал

И, как наставляет доктор,

С турками бы воевал!

Феллах

Какие дивные речи!

Феллах! Голодная вошь!

Да тут и свою халупу

От крыс и мышей не спасешь.

Придумай что-то другое,

Чтоб стал я и впрямь велик,

Точь-в-точь как древний царь Апис,

Мне на плечи легший бык.

Пер Гюнт

Тогда повеситься надо,

Махнув рукой на судьбу,

И, не беспокоя ближних,

Безропотно спать в гробу.

Феллах

Отлично! Так и поступим.

Веревка - венец моих дней.

Вначале разница будет,

Однако сотрется поздней.

(Отойдя в сторону, готовится к самоубийству.)

Бегриффенфельдт

Вот цельная личность, любезнейший Пер!

В нем впрямь есть система.

Пер Гюнт

Отличный пример!

Но впрямь удавиться решил он покуда.

Спаси и помилуй, всевышний! Мне худо!

Бегриффенфельдт

Пройдет. В переходном периоде вы.

Пер Гюнт

Куда? Но проститься я должен, увы...

Бегриффенфельдт

(удерживая его)

Вы спятили?

Пер Гюнт

Нет. Бросьте ваши заботы.

Сумятица. Из толпы выходит министр Хуссейн.

Хуссейн

Сказали, что царь появился у нас.

(Обращаясь к Перу Гюнту.)

Не вы ль, часом, будете?

Пер Гюнт

(в отчаянье)

Пробил мой час!

Хуссейн

Нам нужно ответить на важные ноты.

Пер Гюнт

(рвет на себе волосы)

Чем хуже, тем лучше! Воистину мило!

Хуссейн

Извольте меня обмакнуть в чернила.

(Низко кланяясь.)

Я ваше перо.

Пер Гюнт

(кланяясь еще ниже)

Я ж, всерьез говоря,

Старинный пергамент былого царя.

Хуссейн

Мне жизнь мою сразу открыть не хитро:

Песочницей числюсь, а сам я перо.

Пер Гюнт

И я открываюсь вам в самом начале:

Я лист, на котором еще не писали.

Хуссейн

Не ведают люди, какой во мне прок,

Хотят из меня они сыпать песок.

Пер Гюнт

Я книгой для девушки счастлив бы стать,

Но ум и безумье не гожи в печать.

Хуссейн

Поймите, сколь жизнь моя нехороша:

Как жить-то перу, не встречая ножа!

Пер Гюнт

(подпрыгивая)

Легко ль быть оленем, забравшимся в горы,

И прыгать, не чувствуя твердой опоры?

Xуссейн

Где ножик? Меня заточите скорее!

Обрушится мир, коль не стану острее.

Пер Гюнт

Неужто всевышний, закончив творенье.

Как всякий творец, пришел в восхищенье?

Бегрнффенфельдт

Вот ножик.

Хуссейн

(хватая его)

О, счастье, - чернила так близко!

Как сладостно мне очиниться!

(Перерезает себе горло.)

Бегриффенфельдт

(отстраняясь)

Не брызгай!

Пер Гюнт

(с нарастающим страхом)

Держите его!

Хуссейн

Да, держите! Держите!

Держите перо и бумагу берите!

(Падая.)

Что ж, я исписался. Пусть пишут потом:

Он жил и скончался надежным пером.

Пер Гюнт

(еле держась на ногах)

Что делать? О ты, воплощающий власть!

Я турок, я грешник, урод меж уродов...

Какая-то нитка во мне порвалась...

(Кричит.)

Никак мне на имя твое не напасть...

Но ты помоги мне, отец сумасбродов!

(Падает в обморок.)

Бегриффенфельдт

(с соломенным венком в руках, подпрыгнув, садится верхом на

Пера Гюнта)

Глядите, в каком он владычит болоте!