К сожалению, моего юмора Псих не оценил.

В итоге обед уже приближался, а мы из деревни так и не выехали. Отчего я начинала слегка беситься и в красках представлять, как буду уговаривать маму проклясть Олежу. Я уже мысленно добралась до того пункта, где мама варит зелье в котле, когда архитектор соизволил сесть в машину.

И дальше начался квест. В котором у меня заранее не было шансов выиграть, потому что я изначально искала многоквартирный дом. Ну хотя бы двухэтажный. Однако оказалось, что искать нужно было обычный дом, поделённый на двух хозяев. Дом, который ранее, как выяснилось со слов тёти Зины, принадлежал семейной паре. Но я снова забегаю вперёд…

Собственно, где-то спустя полтора часа катаний по деревне, несколько выкуренных сигарет, громкого мата и вопросов прохожим, мы-таки нашли дом. Обычный такой дом. Припарковались и принялись стучать по окнам предположительного дяди Сени.

Но ошиблись, хоть Ольга нас и инструктировала. На порог вышла тётя Зина — темноволосая женщина возраста моей мамы — и с упорством продавца Орифлейм принялась втюхивать свои наливки. Мы с Психом смогли словесно отбиться, в отличие от Олега, которому таки пришлось купить аж три бутылки.

Когда нам наконец удалось объяснить тёте Зине, что мы приехали за бензином, она посмотрела на нас так, словно мы обманули её доверие. И в результате, пока Психчинский пытался достучаться до дяди Сени, мне пришлось выслушать целую историю семейной жизни, которая вполне могла лечь в основу какого-нибудь рассказа в дальнейшем.

Если свести её к краткому пересказу, то получалось следующее: женатая пара тётя Зина — дядя Сеня, державшая маленький бизнес по самогоноварению и поставкам бензина в деревню с той самой заправки из фильмов ужасов, на старости лет поняли, что жизнь их совместная не задалась, и решили развестись. А так как дом у них был в равных долях и продавать его они не хотели, пришлось поставить стену посреди зала и прорубить отдельный вход для дяди Сени. И так они живут последние пять лет, и тётя Зина периодически гоняет любовницу дяди Сени мокрой тряпкой, залезая через окна его части дома.

Слушать эту историю с каменным лицом было сложно. Очень сложно.

Строить честные глаза и говорить, как я ей сопереживаю, ещё сложнее.

Так что я была безмерно рада увидеть Психа, который вышел из дома дяди Сени в компании самого дяди, пятилитровой бутылки для воды и странного приспособления, похожего на кухонную лейку. Для меня, человека, имеющего отношения только с пистолетом на автозаправке, образ Психчинского, заправляющего машину с помощью баклажки и лейки, навсегда отпечатался в памяти. Он ещё и бензином умудрился облиться.

А дядя Сеня, отечески потрепав Психа по плечу, выдал:

— Ты не переживай, сынок. Главное, спички от себя подальше держи — и всё нормально будет. Бензин он такой — быстро выветривается.

«А возгорается ещё быстрее...» — хотелось добавить мне, но я промолчала, заметив, насколько злой был взгляд у Психа. А ещё злорадно подумала, что вселенная-таки пытается восстановить справедливость, отомстив за растраченные нервы Сашеньки.

Таким макаром из деревни мы выехали только после обеда. Но нам повезло, и дождь минул нас стороной, разразившись где-то в полях. Зрелище, надо сказать, было даже красивое: лило сплошной стеной где-то сбоку, а над нами светило солнышко. Да и Ведьмина тропа днём не казалась такой уж пугающей — да, разбитая, но всё же обычная такая себе дорога. Заправку из фильмов ужасов мы благополучно миновали, решив, что бензина нам хватит до нормальной сетевой. Всё было бы просто чудесно, если бы от Олега не воняло потом, а от Серёжи — бензином. От этой ароматической смеси меня самую малость укачивало, так что половину дороги я просто молчала и смотрела в окно, надеясь, что меня не стошнит.

И это оказалось единственным, чем мне запомнилась обратная поездка.

Домой меня, как Золушку, вернули в полночь, правда без мышей и тыквы, но с испорченными нервами и такой же обувью. Поездочка, надо признать, оказалась занимательной. Я даже обзавелась своей собственной пародией на принца, который настоятельно попросил меня не опаздывать завтра на работу. Как говорится, отношения отношениями, а дедлайн никто не отменял. Правда, мой Псих в рамках великой мужской щедрости обещал сходить в обед сдать телефон в ремонт, и либо я была слишком уставшей, либо испугалась, что Саша-автор-любовных-романов устроит мне тёмную, поэтому лишь кивнула на его предложение. И, захватив свой рюкзак, поплелась к подъезду, сопровождаемая светом фар.

Забавная штука, но машина Психа всё ещё стояла у моего подъезда, когда я вошла в квартиру, и отъехала лишь когда в моих окнах зажёгся свет. Единственный на весь спящий дом. Возможно, то было лишь стечением обстоятельств: к примеру, Псих долго искал адрес Олега в навигаторе или ему кто-то позвонил, а он выронил телефон и пытался его достать. Причин могла быть масса, но я видела свою улыбку в зеркале.

Улыбку, которая совершенно не нравилась моей рациональной части.

Так что я, сознательно решив вытащить себя из полувлюблённого настроения, схватила ноутбук и полезла сначала на сайт, где в моем личном блоге красовалась запись о переносе глав с каким-то символичным упоминанием ведьм и психованных инквизиторов. А в комментариях под блогом творилось нечто странное.

Я настолько офигела, что просто зависла, смотря на экран и думая над тем, могло ли быть это сообщение просто ещё одним странным стечением обстоятельств, или же… Однако сообщение Иды, которое ждало меня на почте, немного открутило гайки моего напряжения.

«Ничего страшного. Как увидишь пост в блоге, не кипишуй. Я всего лишь поигралась с твоим ником и нагнала немного загадочности. Кажется, у меня получилось».

Получилось? Ещё как! Такой бешеной активности не было ни под одной моей историей.