– Там что-то есть! – Выкрикнул он, вытягивая руку в направлении дымки. – Уходит!

Десантники бросились в ту сторону.

– Стойте! – Раздался через несколько мгновений взволнованный голос одного из десантников. – Я ее вижу!

– Где ты? – Поинтересовался Григорьев.

– Правое крыло. Она метрах в пятидесяти, крутится около какого-то дерева.

– И я вижу! – Раздался голос еще одного десантника.

– И я! – Выкрикнул еще один.

– Адмирал там? – Поинтересовался Григорьев.

– Не видать. – Пришел ответ.

– Держите ее под прицелом. Мы сейчас окружим эту тварь. Пошли!

Десантники, перебежками, прячась за деревьями, начали окружать дерево около которого извивался хвост твари.

– А-а-а-а-а…!

Он неожиданного громкого вопля, раздавшегося из динамиков шлема, Григорьев вздрогнул и втянул голову в плечи. Он замер и закрутил головой, пытаясь понять, что произошло. Увиденное заставило его похолодеть: совсем недалеко перед ним, пошатываясь, стояла на хвосте тварь с горящими зелеными глазами на широкой макушке. Один из десантников, стоявший в нескольких шагах перед тварью, держался руками за голову. Вопль из динамиков, превратился в хрип.

– Огонь!

Рявкнул Григорьев и вскинув зард, направил его на тварь и нажал на курок. Раздался негромкий треск и по телу твари побежали голубые змейки, количество которых начало стремительно расти. Раздалось громкое зловещее шипение. Тварь начала бешено извиваться, по его телу побежали волны и вдруг, взвившись высоко вверх, она вытянулась и цепляясь за стволы деревьев, шлепнулась на землю. По ее телу прошла судорога и она замерла. Десантник, державшийся за голову, упал навзничь.

Григорьев, держа зард перед собой, бросился к застывшей неподвижно твари и подбежав к ней, пнул ее ногой – тварь не шелохнулась. Он пнул ее еще раз – результат тот же. Григорьев повел взглядом вдоль тела твари: тело было покрыто отвратительной слизью, от него шел не менее отвратительный запах. К нему подбежали еще несколько десантников.

– Кажется готова. – Произнес Григорьев, делая шаг от твари. – Ну вонища. – Он поморщился и отвернувшись от твари, покрутил головой. – Где она пряталась? Почему мы ее не увидели?

– Смотрите. – Раздался чей-то голос.

Григорьев покрутил головой и увидел, что один из десантников присел около какого-то дерева и что-то рассматривает в листве. Григорьев поднял стекло стевс и направился к нему.

– Что у тебя? – Подойдя к десантнику он склонился над ним.

– Фраунгоффер. – Десантник ткнул пальцем в предмет, лежавший среди пожухлой листвы.

– Кто-то потерял. – Произнес Григорьев.

Десантник поднял голову и посмотрел на Григорьева.

– Фраунгофферы были у двух: адмирала и мэра. Адмирал был с нами.

– Ты хочешь сказать…

Григорьев выпрямился и начал осматриваться. Не увидев больше никаких предметов, он взял фраунгоффер и покрутив его в руках, направился к продолжавшим стоять около тела твари десантникам.

– Нужно все осмотреть вокруг. – Он повел руками перед собой. – Это оружие адмирала. – Он приподнял фраунгоффер. – Такой огромный был только у него.

– Ты хочешь сказать, что эта тварь… – Один из десантников пнул тело твари ногой. – Напилась адмиральской крови?

Григорьев посмотрел на десантника – его глаза зло сверкнули.

– Я нам не завидую, если мы его не найдем. – Не разжимая зубов, проговорил он, подошедшему к нему Шерри и повернувшись пошел прочь.

Десантники, глубоко повздыхав, направились за ним, растягиваясь в цепь.

Поиски ничего не давали. Григорьев был зол. Хотя он и Шерри были обычными десантниками, но еще в начале операции офицер приказал им быть телохранителями адмирала и этот приказ еще никто не отменял и Григорьев понимал, что когда это выясниться им придется пройти через многие крайне неприятные процедуры. Оба волнолета со свистом пронеслись над головой. Григорьев поднял голову и раздраженно посмотрел им вслед, их поиски, видимо, тоже были безрезультатны.

Раздался шум – он оглянулся. К ним приближалась группа, возглавляемая Ковалем. Коваль подбежал к Григорьеву.

– Мне сказали, что ты был его телохранителем. – Заговорил Коваль. – Как это случилось?

Григорьев, выкатив глаза, тупо уставился на Коваля.

– Я непонятно говорю? – Стараясь быть сдержанным, произнес Коваль, крутя головой.

– Я не знаю, где и как это произошло. – Выдавил из себя Григорьев, тоже едва сдерживаясь. – Он шел сзади. Когда я оглянулся – его уже не было. Мы повернули назад и наткнулись на тварь, которая кружилась вокруг деревьев. Мы открыли огонь. Когда с ней было покончено, недалеко от нее мы нашли вот это. – Он протянул Ковалю фраунгоффер. – Это фраунгоффер адмирала. Куда он сам делался – никак не понятно. – Григорьев покрутил головой.

– Никаких следов?

– Абсолютно. – Григорьев вновь покрутил головой.

– Вы осмотрели весь обратный путь?

– До самого края зеленой полосы. – Он вытянул руку перед собой. – Я прекрасно помню, что когда мы углубились в полосу, адмирал шел за нами. Потом на какое-то время я потерял его из виду. – Он глубоко вздохнул и развел руками.

– Тогда выходит… – Коваль потер лоб. – Тварь его проглотила целиком, так что ли?

Нижняя челюсть Григорьева отвисла, он тупо уставился на Коваля, но вдруг, сорвавшись с места, побежал.