Конечно, известие о близком конце света станет для него ударом. Но это как с Санта-Клаусом. Однажды он все равно узнает правду. И если не от меня, то чем я буду лучше лжецов-политиков?

Родители придерживались тактики отрицания. Нет, они не спорили с данными науки, – все же они были либералами. Скорее они отрицали реальную действительность. Другие отправляли своих детей в специальные лагеря – счастливчики, им повезло научиться вязать узлы, чинить моторы и даже обеззараживать воду без химических фильтров.

Но большинство вели себя легкомысленно: день прошел, и слава богу.

Мои родители предпочитали скрывать от Джека правду, хотя кое о чем он уже догадывался: во втором классе учительница проболталась про гибель белых медведей и таяние ледников. Про шестое массовое вымирание фауны. Джека особенно волновала судьба пингвинов. Он был на них помешан. Знал все виды, мог нарисовать представителя каждого и бегло перечислить все в алфавитном порядке.

Напрашивался обстоятельный и серьезный разговор один на один. Но когда?

Я оттягивала эту беседу. Парню всего девять. Он все еще путается, определяя время по часам со стрелками.

А тут еще эти ребята с яхты со своей аптечной марихуаной и накачанными телами. Наверняка ходят в одну и ту же частную школу и живут на юге Калифорнии, где-нибудь в Бель-Эйр, Пало-Верде или Палисейдсе.

Мы сразу поняли, что у них там жизнь совсем другая.

– А ваши предки уже обзавелись бункером? – спросил уже заторчавший альфа-самец.

Они захватили с собой походные стулья (не на полотенцах же им сидеть).

– Бункером? – переспросила Саки и затянулась. Задержала дыхание. Пересела к нему поближе, чтобы и на нее пал отсвет сияния золотой молодежи. – Чтобы травку выращивать, что ли?

– А ты приколистка. – Альфа-самец слегка толкнул ее мускулистым плечом. Игриво.

Его звали Джеймс. И никто не сокращал его имя до Джима.

– Знай наших, – сказала Саки, передавая косяк Джусу.

– Не, чтобы выжить, когда начнется светопреставление. Наш – в Вашингтоне, – сообщил паренек с пестрым платком на шее.

Неудачный выбор аксессуара. В вопросе моды он в их компании, похоже, занимал то же место, что Лоу в нашей.

– В штате, разумеется, не в городе, – добавил он.

– А наш в Орегоне, – сказал Джеймс. – Со здоровенной солнечной панелью. На вид не хуже электростанции Айванпа. Одиннадцать резервных генераторов.

Джус понятия не имел, о чем идет речь, но такие мелочи никогда его не останавливали.

– Да не, одиннадцать – это уже перебор, – изрек он.

Джеймс склонил голову, вежливо, но авторитетно пояснил:

– С инженерной точки зрения в организации бункера нет ничего важнее системы резервирования. Комплексы необходимо разрабатывать с расчетом на все потенциальные точки отказа.

– Без обид, – сказала я. – Но мы вот вообще не врубаемся.

– Говори за себя, – возмутилась Саки.

– Да? Ну хорошо, тогда просвети меня.

– Эй, Джек, – окликнула она моего брата. – Хочешь сладенького? Иди сюда. Ребята кое-чего принесли!

Классический прием: перевести внимание. Этим умением она владела в совершенстве.

– Мне надо в туалет, – жалобным голоском сообщил Джек.

– Иди пописай в океан, дружок, – сказал Джеймс. – Океан большой. С зашкаливающим уровнем pH он, может, и не справится, но с твоей мочой – без проблем.

Джек смущенно покачал головой.

Он читал книгу про страшных морских животных. Если пописать в открытую воду, по следу струи может приплыть какая-то мелкая шипастая рыбка и забраться внутрь пениса. Эти рыбы обитают в реках Амазонии. Очень может быть, что автор все это выдумал, но Джек читал книгу, когда ему было восемь лет, а сейчас, наверное, про нее вспомнил.

– Я его свожу, – сказала я и поднялась на ноги. Примерная старшая сестра.

– По-большому, – нетерпеливо прошептал Джек по дороге к дюнам.

– Потерпи, – сказала я. – Пойду захвачу туалетную бумагу.

Я вернулась к шатру и, пока при свете маленького фонарика шарила среди наших запасов, услышала обрывок разговора за костром.

– Говорят, у Мисси Т. убежище в Германии, – сообщил один парень с яхты другому. – Большой бункер под горой. Построенный еще Советским Союзом во время холодной войны.