— А сколько они туда могли закладок добавить? — заметила она со скепсисом.

— Но мы этого обнаружить не в состоянии. Так что за неимением обычной, будем пользовать гербовую. Между прочим, на судебные поединки нас вытащили те же Эльфы, а там другие специалисты, заверившие, что закладок нет и всё будет честно. Вот и пускай эти стороны и следят за происками друг друга, а мы будем заниматься своим делом. Кстати, контрразведка выявила следы деятельности других заинтересантов, в смысле, желающих остановить Волну здесь. Не только с нашего мира тут пришельцы, но похоже, все пока смотрят на нас и не вмешиваются.

— Палату зачисти, но его как корова языком слизала. Столько народу положил, как бы между делом и исчез, будто не было никогда такого Конопля Джонатана Аллодиновича! — в сердцах воскликнул полковник.

— Окна осмотрели? — задал вопрос подполковник.

— Естественно, но что там сейчас скажешь, после стольких гранат. Да и высота…, не человек же он паук, — скривившись ответил Петров.

— На вашем месте, я бы всё же проверил. Может он просто спрыгнул, — вдвинул предположение представитель Генеральной прокуратуры.

— С такой высоты? Да и внешние стены не под лазание по ним без снаряжения заточены, — возразил Петров.

— Вы по-прежнему судите о нём, как о человеке, а он там показал, что это совершенно не так, — указал на проколы его логики подполковник.

— Ну…, если посмотреть на ситуацию под таким углом. Сейчас позвоню, — откликнулся полковник и полез в карман за телефоном.

— Не суетись, если он хотел скрыться, уже сорок раз это сделал. Оцепление, прямо скажем, было никакое. Так, только честных граждан пугать, а его подготовка, откровенно говоря, впечатляет, — остановил его представитель Генеральной прокуратуры.

— И что тогда сейчас делать? — поинтересовался у него руководитель лаборатории прикладной эзотерики.

— Ждать естественно. Сейчас, что у нас там с этим Коноплёй? Испугался или там на адреналине, или что там ему его сейчас заменяет. Побегает, но ведь человек общественное животное, а он городской житель и в лес не попрётся выживать как одиночка. А значит, что? Правильно, рано или поздно сам выйдет и тут главное его опять не вспугнуть. Каким бы терминатором он не был, он по-прежнему просто взрослеющий мальчишка. Это когда они ругаются с родителями, они им не нужны, а когда резко образуется жопа, бегут к маме. Ведь если разобраться, кому они ещё в этом мире нужны. А кто она у нас? — неожиданно подполковник задал вопрос.

— Конопля Алевтина Сергеевна один и создателей и глава IT— компании Адамант групп. Комплексная информационная безопасность. Лидер и фактический основатель данного направления у нас в стране. Начиналась, как агентство по расследованию высокотехнологичных преступлений, сейчас доросший до уровня международной корпорации с филиалами по всему миру. Официальный консультант ЦК, сами понимает, это скорее имиджевое. А вот периодические привлечение в качестве экспертов по расследованиям, не затрагивающим безопасность от КГБ СССР, в основном по финансовым преступлениям разных хакеров, это да. Недавно выпустили свой антивирус и файрвол. Естественно, среди обычных пользователей такие сложные системы, с частичной физической реализацией не известны, а вот сотрудничающие с ними ведомства, СП и кооперативы уже оценили, — ответил полковник.

— Господи, и вы, зная всё это и чувствительность по работе с подобными персоналиями устроили всё это? Я думал, вы как раз не в курсе, а вот оно как, — тяжело вздохнув заметил его собеседник.

— Вы всерьёз считаете, что детки кооператоров какие-то особенные и с ними нужно себя вести иначе чем с остальными советскими гражданами?! — возбудился руководитель лаборатории прикладной эзотерики.

— Речь не про это, а про безопасность. И это не попытка выгородить себя. В первую очередь, надо думать. Сначала это не стала делать Татьяна Алексеевна, затем вы, а потом и я. Да и ваши погорячились, — прокомментировал его ответ Баширов.

— Не погорячишься тут, стоит только посмотреть, что с их товарищами сделал этот Джонатан! — отреагировал на его замечание Петров.

— А я говорила, а вам бы только хихоньки, да хаханьки! — поддержала его Голикова.

— Джейн, — как бы в никуда, заметил представитель Генеральной прокуратуры.

— Вы про что? — удивлённо спросил у него полковник.

— По новым документам теперь это не он, а она, Конопля Джейн Алладиновна, — довёл он до сведения Петрова.

— Извините, Сергей Викторович, как это понимать? — совершенно естественно удивился тот.

— По настоянию моего ведомства, вопрос с документальным определением пола граждан с диссоциативным расстройством тел был поднят на Политбюро ЦК и решён положительно. Этим детям теперь жить вот такими и их как-то надо вписывать в наше социалистическое общество, — устало ответил подполковник.

— Вы вот этого монстра, убившего столько наших граждан, называет ребёнком?! — взвилась штатный психолог Специального отдела прикладной науки.

— Да, называю. Вы точно можете сказать кем они стали и что могут и умеют? Не отвечайте, и так понятно, что нет. А теперь представьте картину с его стороны, жил ты себе, не тужил и однажды потерял сознание. А надо сказать у него все характеристики из учебных заведений хоть сейчас в комсомол принимай. Почти круглый отличник, только одна тройка по физкультуре, а больше даже четвёрок нет. И вот очнулся ты уже в больнице и выясняется, что больше ты не мальчик, а девочка, и тут суровые мужики с автоматами: "Руки в гору, а то зубы выбьем!" Как обычный человек будет реагировать, мы знаем, а как вот эти дети…. Ведь ни разу до этого ничего такого не случалось, а тут раз, и нате вам взрослые мигрень во всю голову. А что изменилось? Только ваше решение. Не знаю, какое решение будет принято по завершению расследования, но лично буду рекомендовать больше не устраивать никаких силовых акций и вообще никаких военных, даже из КГБ. Только детские психологи! — закончил он свою небольшую речь, подойдя к скамейке на краю сквера перед фасадом больницы.