Всё так быстро пролетело и вот директор школы, завершая праздничную часть линейки, предложила первоклашкам впервые поздравить своих учителей и подарить цветы. В этот момент мы со Славой не сговариваясь ринулись вперёд. Очень вовремя подошли к нашему классу, Слава одна из первых подарила Ксении Андреевне букет и оглянулась, чтобы найти нас в толпе родителей.

— Мама! — дочка кинулась ко мне, счастливая с улыбкой, я её лишь успела слегка приобнять.

— Дети! Не разбегаемся, не разбегаемся! Стройтесь по парам и прошу всех в класс! — громко проговорила Ксения Андреевна и Слава ринулась было к ней, но тут же притормозила, потянувшись с объятиями и к папе.

У Купцова к этому моменту было такое трагическое выражение лица, как у Киселя, которому не досталось ветчины. А поняв, что и про него не забыли, расплылся в улыбке.

— Она просто растерялась, — шепнула я в поддержку, когда дети дружным строем разбредались по классам, а родителей оставили ждать своих чад возле кабинетов.

— Угу, — кивнул Слава, делая вид что щурится от солнца, а у самого глаза были на мокром месте, и я едва сдерживалась, от того, чтобы сказать ему.

За то время что ждали окончания первого вводного урока у Славы, я даже успела передумать и хотела сообщить вечером, а не ждать недельку другую. Но всё случилось иначе и само собой.

Двери первого «А» открылись, наша учительница передавала детей лично в руки родителей, а заодно вручала всем какой-то список. Нашей красотки было не видно, когда мы подошли, она всё ещё копошилась с портфелем.

— Это вам, — Ксения Андреевна с улыбкой передала мне листок со списком для получения учебников в библиотеке, я отвлеклась и отошла в сторонку, чтобы убрать ценную бумажку в сумку.

— Слава, поторопись, тебя папа ждёт, — прозвучало от уходящей вглубь кабинета учительницы.

— Хорошо! Папа, я сейчас! — этот звонкий Славкин ответ разнёсся по опустевшему классу, и отозвался в нём гулким эхом.

— Угу, — буркнул Слава, протирая слезящиеся глаза.

— Ты плачешь? — спросила я, радостно улыбаясь и посмеиваясь по той же причине.

— Да. Я же не сухарь, как вы, — серьёзно ответил Слава, прижимая подошедшую к нему меня.

— Ничего, скоро будет два на два. Чай от такой рёвы-коровы сухари не родятся, — сказала я, даже не успев подумать, что муж, всё поймёт.

Само вышло так и оставалось лишь изобразить валенок, прикусив язык, но куда там. Купцов так на меня посмотрел вопросительно, что я лишь прикрыв глаза, подтвердила все его догадки.

— Да блин! — выдохнул Слава, торопясь утереть снова набежавшие слёзы, в этот момент наша нерасторопная дочь врезалась в нас с одними объятиями на двоих.

— Папа, ты сказал блин?! Мы что едем есть блины?! — радостно воскликнула она и мы с мужем рассмеялись.

— Едем, — подтвердил Слава, подхватывая нашу первоклашку на руки.

Послесловие

В начале мая у Славы с Василисой родилась дочь. Славка ревниво вздыхала, глядя на привезённую из роддома сестру и причитала, что раз та в мае родилась, то намается она с ней, ох как намается. Затем предложила назвать сестру Майей, что для неё было логично. Но родители назвали девочку Василисой, решив не нарушать внезапную добрую традицию тёзок в их дружной семье.

Конец