Их с Эдом усадили за самый лучший столик, уставленный хрустальными рюмками и тарелками из костяного фарфора. Айона изо всех сил старалась не выглядеть победительницей, но это ей плохо удавалось.

— А вы уверены, что Физз захочет сюда прийти? — спросил Эд, пытаясь отвоевать утерянные позиции. — Думаю, это место вообще не в ее вкусе. Слишком уж старомодное. Она явно бы предпочла какую-нибудь хипстерскую дыру в Шордиче.

— Нет, это ее любимый ресторан, — возразила Айона, хотя, честно говоря, сама уже начинала волноваться.

Она ни разу не встречалась со знаменитой блогершей и узнала о существовании Физз всего-то пару недель назад, в дороге, где-то между Хэмптон-Кортом и Ватерлоо. Айона посмотрела несколько странных видеоклипов и сомневалась, понравятся ли они с Физз друг другу.

И откуда у нынешней молодежи такое навязчивое стремление выставлять напоказ каждую мелочь своей жизни? А где же мистический налет? Где загадочность? Когда они с Би находились под постоянным вниманием прессы, читатели знали, какие вечеринки они посещают, во что одеваются и где вращаются. Но никто и понятия не имел, где они живут, не говоря уже о меню их завтраков. Кстати, они никогда не ели авокадо в любом виде. Словом, их дом — их тихая гавань — всегда оставался закрытой темой.

Зато у Физз закрытых тем не существовало. Через несколько минут просмотра в Интернете Айона уже была в курсе, на какой стороне кровати Физз предпочитает спать, знала о ее пристрастии к «Нутелле» и даже о том, что вытатуировано у блогерши на левой ягодице. Что именно? Ох, лучше не спрашивайте.

Эд взглянул куда-то поверх Айоны, и его манера поведения мгновенно изменилась. Как змея, он сбросил прежнюю шкуру и из скучающего, раздраженного типа превратился в сентиментально-подобострастного.

— Здравствуйте, Физз! Как круто познакомиться с вами в реале! Я отчаянный фанат вашего блога!

Главный редактор словно позабыл о существовании Айоны и даже не представил ее гостье. Казалось, они с Физз поведут разговор вдвоем, а она не более чем громоздкое украшение стола, за которым происходила встреча.

— Как клево, что вы меня сюда позвали, — ответила Физз. — До чего прикольное местечко. Сама я бы сюда сроду не выбралась. Я вообще по таким заповедникам не хожу.

Айона подумала, что ожидания ее не обманули: эта Физз — весьма раздражающая особа. Отломив кусочек от свежего хрустящего рогалика, Айона намазала его маслом и незаметно скормила Лулу. Встреча пройдет отвратительно, но они хотя бы угостятся деликатесами. Она решила, что будет заказывать самые дорогие блюда, значащиеся в меню.

— Я ожидал от вас подобной реакции, — сказал Эд, зыркнув на Айону: «Ну, что я вам говорил?»

— Не, вы не врубились. Ваще-то, здесь просто отпадно. Как раньше говорили, уникально. Если честно, я по горло сыта всеми этими забегушками в Шор-диче. Отшлепаны по одному образцу, как на тридеш-ном принтере. Держу пари, прийти сюда — это была затея Айоны.

Повернувшись к Айоне, Физз тряхнула разноцветными прядками волос и полным набором пирсинга и улыбнулась, продемонстрировав великолепные зубы. Айона почувствовала, что просто тает.

— Кстати, мне по пути сюда попался этот тип. Я точно откуда-то его знаю, — заявила девушка, махнув в сторону министра финансов.

— Физз… — Голос Эда стал таким масленым — того и глядишь, поскользнешься и вывихнешь ногу. — Я так рад, что вы являетесь большой фанаткой моего журнальчика.

Его журнальчика?

Не-а, ни в коем разе, — ответила Физз, почесав Лулу подбородок и поцеловав ее в мокрый нос. — Я большая фанатка Айоны.

Айона растаяла еще сильнее. Если разговор будет продолжаться в таком ключе, к концу ланча от нее останется лишь лужица на полу. Весьма вероятно, что они с Физз станут лучшими подругами.

— Вы только представьте — это же сама Айона-Яхта! — продолжала Физз.

— У вас есть яхта? — встрепенулся Эд. — Как удивительно. И где она пришвартована?

— Бросьте прикалываться, Эд, — осадила его блогерша. — Раньше так называли Айону. Неужто вы не знали? А должны бы. Вам очень повезло, что она у вас в штате!

— Еще бы, — пробормотал Эд, зубы которого скрипели сильнее, чем гравий на зимней альпийской дороге.

Айона улыбнулась. Тяжесть, в последние годы давившая ей на плечи, несколько уменьшилась. Она начинала чувствовать себя той самой женщиной, какой виделась Физз. Женщиной, которой она когда-то была.

Может, ее усилия не напрасны и затея с приглашением Физз к сотрудничеству даст свои плоды?

АЙОНА

18:17. Ватерлоо — Хэмптон-Корт