Где ты, Айона?

ПИРС

08:13. Сербитон — Ватерлоо

Пирсу вновь не повезло: Айоны в вагоне не было. Поезд подъехал к платформе Уимблдона, и он подумал, что надо бы выйти и пересесть на встречный, чтобы вернуться домой. Но дома его ждал долгий пустой день, который нечем заполнить. И Пирс решил доехать до Ватерлоо вместе с Мартой, Эмми и Санджеем, а затем на том же поезде вернуться обратно.

Ему стало намного легче общаться с попутчиками. Теперь все знали правду о нем, но никто не судил его слишком строго, за что он был им благодарен. Почему же он так долго позволял обману разъедать его изнутри?

Выглянув в окно, Пирс заметил в толпе пассажиров Дэвида. Тот вошел в третий вагон и уселся неподалеку, найдя свободное место за соседним столиком.

— Дэвид, здравствуйте! Скажите, вы, случайно, не знаете, куда подевалась Айона? — Эмми оказалась первой, кто вслух задал вопрос, вертевшийся у всех на языке.

— Вообще-то, я не видел ее уже более двух недель, — ответил Дэвид. — Может, она в отпуске?

— Если бы она собиралась в отпуск, то обязательно сообщила бы нам, — сказал Санджей. — Айона не из тех, кто хранит секреты, согласны?

Лица у всех попутчиков Пирса были довольно мрачными; у каждого по-своему. Ему вдруг подумалось, что каждый из них, включая и его самого, — отдельные спицы колеса, тогда как Айона была центром, осью. Без нее их группка теряла всякий смысл и распадалась на отдельных индивидуумов, почти не имеющих точек соприкосновения. Если Айона исчезла насовсем, не получится ли так, что через какое-то время они перестанут даже здороваться друг с другом? Нет, конечно. Может, отдалятся, но не сразу.

— А вдруг она заболела? — предположила Марта. — Айона ведь уже старенькая, а в таком возрасте легко скатиться под откос. Моя бабуля вовсю играла в бинго, занималась зумбой и аквааэробикой, но потом вдруг подцепила пневмонию, и через две недели ее не стало.

— Уже старенькая? — возразил Дэвид. — Боже, да Айона лет на десять моложе меня. Уверен, ей нет еще и шестидесяти, хотя у меня никогда не хватало смелости спросить про ее возраст.

— Сочувствую тебе, Марта, — сказала Эмми, — но не думаю, что Айона заболела. Она ведь сделана из очень крепкого теста. Чтобы она две недели не показывалась на работе… Должно быть, у нее произошло что-то очень серьезное. Тогда нам тем более нужно разыскать ее и узнать причину. Вот только как это сделать?

— Когда меня грызут сомнения, я всегда спрашиваю: «А как бы поступила на моем месте Айона?» — призналась Марта.

— Я тоже, — кивнул Дэвид. — Кто бы мог подумать, что я буду принимать решения, основываясь на советах эксцентричной лесбиянки? Но ее советы и впрямь помогают.

Возникло гнетущее молчание. Пирсу подумалось, что все его спутники сейчас задаются мысленным вопросом: а что бы сделала в этой ситуации сама Айона?

— Марта — ты просто гений, — произнес Санджей. — Эмми, Пирс, вы помните день, когда мы все познакомились? Познакомились по-настоящему? — (Они кивнули.) — Вот именно так и поступила бы сейчас Айона.

Санджей встал и, немного нервничая, крикнул на весь вагон:

— ВАМ ЗНАКОМА ПАССАЖИРКА ПО ИМЕНИ АЙОНА?

Десятки пар удивленных глаз повернулись в его сторону.

— Эта женщина всегда очень экстравагантно одевалась. Пока я не узнал ее имени, я называл ее про себя Радужной Леди, — добавил он.

— А я называл ее Чокнутой Собачницей, — признался Пирс. — Это из-за ее любимицы Лулу и того, что сама она несколько… эксцентрична.

— На самом деле Айона — Дама-с-Волшебной-Сумкой, — сказала Марта. — В ее сумке всегда находилось что угодно. И у нее есть деймон.

— Я именовал ее Мухаммедом Али, — откликнулся мужчина, сидящий позади.

Пирс узнал его. Этот человек тоже присутствовал при первой вагонной репетиции Марты. Только почему вдруг Мухаммед Али? В таком прозвище не было никакого смысла, но логика, как известно, у каждого своя.

— Если вы знаете, о ком речь, просьба поднять руку, — заключил Санджей.

Поднялся лес рук.

Пирс подумал, какое описание пассажиры дали бы ему самому. Явно нелестное. И многие бы хватились, если бы он вдруг исчез? Наверное, никто, за исключением Марты и, конечно же, его родных.

— Спасибо! — поблагодарил всех Санджей. — А теперь попрошу не опускать руки тех, кто видел Айону в течение двух последних недель.

Таковых не оказалось.

— Может, кто-нибудь знает ее номер телефона? — спросил Санджей.

Пассажиры замотали головами и забормотали: «К сожалению, нет». Молодой человек удрученно сел.

— У самой Айоны такие вещи получались гораздо лучше, — вздохнул он.

— Дэвид, а вы тоже придумали Айоне какое-то прозвище? — спросила Марта. — Пока не узнали ее имя.