Но куда я столько накупила… Может, это я из-за стресса так? Два огромных пакета. Во-первых, как я их донесу? Во-вторых, кто все это будет есть? И в-третьих, каким образом я достану из сумочки перцовый баллончик, когда на меня нападет маньяк, если у меня руки заняты?! Вот же…

Нужно будет приехать на тренировку и дать Ковалю по голове. Вот жил спокойно не тужил, ел, пил, спал, ходил себе покупал эти чёртовы салаты, а теперь появилась какая-то пиявка рыжая, которая прямо посреди магазина стоит и эти салаты критикует. Нет, нормально? Я, блядь, и без тебя знаю, что дерьмо это собачье, но так делать-то что, если жрать хочется, а руки из жопы? Простая такая. Приготовить легче. Ну приготовила бы!

И стою как дебил под магазином, жду, пока она свои мешки затарит огурцами, потому что отпустить девчонку одну тащить такие тяжести даже для меня слишком.

И надо было бы оно мне?

До тренировки уже меньше часа, надо домой идти, пожрать быстро и в комплекс ехать, а я стою. Потому что Рапунцель походу решила всех нуждающихся накормить в городе, раз столько продуктов купила себе одной.

То, что живёт она одна, я сразу просек. Это легко. Подвезти её было некому, а был бы мужик — приехал бы за ней, это логично. А если он есть и не приехал, когда она от страха тряслась стояла, то нахер его послать надо было ещё вчера. На предложение переспать она только фыркнула, а не сказала, что у нее кто-то есть, да и тележка у нее одной травой забита, мяса никакого нет, значит точно без мужика.

Зачем я об этом думаю? Наверное, чтобы не нарваться на ревнивого придурка, когда буду сейчас её пакеты домой нести. Просто ее счастье, что мы живём рядом… Вот в другом случае хрен бы помог. Наверное.

Рыжая выкатывается из магазина минут через пятнадцать. Я за это время успеваю свариться на солнце и сто раз пожалеть, что решил вписаться помогать ей.

Но выходит она так тяжело, что понимаю: не зря остался. Дуралейка не дотащит это сама ни за что, а мне-то и не трудно, на самом деле. Мама воспитывала так, что слабым, убогим и девочкам помогать надо. Ну, тут явно три в одном. Комбо собрали.

— Рапунцель, руки оторвутся, — зову её, потому что она идёт и не видит ничего вокруг, и вдруг от моего голоса чуть не прыгает, испугавшись, и роняет на землю один пакет. Благо роняет ровненько, ничего не выкатывается даже. А то бегать помидоры по земле собирать я точно не подписывался.

— Ты зачем пугаешь?! — кричит на меня, ну очуметь можно. Я тут жду её с пакетами, а она орёт. Женщины, блин…

— Я не пугаю, это ты трусиха, — подхожу к ней и протягиваю свой пакет. Он лёгкий, по сравнению с ее так вообще невесомый.

— Что это?

— Это пакет, рыжая, не тормози, пожалуйста. Как в Чебурашке: ты все понесешь, а я тебя.

— В советских мультиках ты разбираешься лучше, чем в Дисней, — вдруг хихикает, наконец-то опуская пакеты на землю и хватая мой с этими чертовыми салатами. И жрать их теперь не хочется, тьфу!

— Это классика, мелочь ты! — беру в руки пакеты: реально тяжёлые. Каким местом думала, когда набирала столько?

— Сам ты мелочь, мне двадцать один, — фыркает рыжая, но послушно догоняет меня и идёт рядом.

— А мне тридцать шесть, так что мелочь, — вру о возрасте, и усмехаюсь, когда вижу удивление на лице Даши.

— Тебе тридцать шесть?

— Тридцать семь почти, если быть точнее. Знаю, что не выгляжу. Слишком молод и красив, правда?

— Нет, я честно думала, что тебе около сорока, может чуть больше. А ты молодой ещё, оказывается! — веселится бестолочь.

— Молодой, крепкий, горячий, выносливый, — перечисляю достоинства, останавливаясь у её дома, — а ещё дико опаздывающий, поэтому открывай подъезд быстро, если не хочешь пожитки свои сама тащить до квартиры.

— А ещё очень скромный, — говорит Даша, но подъезд послушно идёт открывать. Тормозит пару секунд, и забегает за мной козой горной, тут же растеряв все настроение. Пмс у нее, что ли, что в эмоциях скачет. То хохочет идёт, то в пол смотрит и чуть не плачет.

Решаю не продолжать шутки, что-то она совсем поникла. Возможно, нужно спросить, что случилось, но во-первых я опаздываю, а во-вторых мне не то чтобы слишком интересно.

Довожу её до квартиры, забираю свои салаты, и щёлкаю пальцами пару раз перед лицом, пытаясь привести ее в чувство. Потому что я собираюсь отходить от нее, а она как смотрела в одну точку, так и смотрит. В гипноз впала, что ли… или как оно там называется?

— Рыжая, ау, поезд отправляется, проснись и пой.

— А? — оживает наконец-то, моргая много раз. Смотрит на меня странно как-то, и вдруг абсолютно бесцветным голосом выдает неожиданное: — Спасибо тебе, Чудовище, что проводил.

— Да ладно, обращайся, если что, — говорит за меня в моей голове мама, и я, повергнутый в шок поведением рыжей, улетаю, потому что времени до тренировки остаётся катастрофически мало. Я даже не успею поесть этот чёртов майонезный салат.

Либо я всё-таки сошла с ума, либо правда видела кого-то, стоящего у угла дома. В капюшоне и очках. Господи, пусть я лучше сошла с ума…