— Папа приехал! — слышу крик из-за забора, а через пару секунд подхватываю дочку на руки, когда она выбегает к нам. Обнимает снова крепко, точно как в первый раз, и я снова ощущаю то самое тепло в груди, которое сердце в сахарном сиропе топит. Быть отцом так круто…

— Привет, мышка, — целую Полину в щеку и опускаю на ноги, собираясь познакомить её с Дашей, но натыкаюсь на неприятную картину. Пока мы с малышкой обнимались, Юля с Дашей уже познакомились, судя по всему. Взглядами точно. Смотрят друг на друга с открытой неприязнью. И какого хрена? — Познакомьтесь, это Даша, — притягиваю ее к себе за талию, обозначая границы для Юли, если русский язык она не понимает. — Даш, это Полина, моя дочка, и…

И Юлю я представить не успеваю. Она делает это за меня.

— Юля. Мама Полины. Очень приятно, — в её речи катастрофически не хватает приставки «не», но я не собираюсь обращать на это внимание и портить день и себе, и девочкам. Сейчас уедем в парк и все будет в порядке. — В девять верните ее, ей завтра рано на занятия, — говорит Юля еще раз, и уходит, хлопнув воротами сильнее, чем требовалось. Детский, блядь, сад. Как я вообще мог с ней жить? И вообще неудивительно, что она до сих пор одна. Нельзя так говорить, наверное, но в мыслях именно это. Давно пора повзрослеть. Нормальная была бы девчонка, если бы тараканов из головы выкинула.

— Даша, я тоже хочу такую прическу, как у тебя! — с восхищением говорит Полина, разглядывая волосы рыжей. О да. Я тоже влюблен в эти огненные кудряшки до безумия. Это немного расслабляет Дашу, хотя я вижу, что ей всё еще неприятно. Не хочу заводить разговор о Юле при ребенке, но потом обязательно объяснюсь.

До парка мы едем под безостановочное щебетание Полины, которая с первой секунды влюбилась в Вольта и влюбила его в себя. Разговорчивостью она пошла точно не в меня. В мою маму, скорее. К ней, кстати, мы едем на следующих выходных. С мамой я договорился, с Юлей тоже. Осталось только Полине рассказать о планах, но она с таким энтузиазмом врывается в мою жизнь, что, думаю, воспримет с большим удовольствием.

А гуляем мы просто прекрасно. Девчонки быстро находят общий язык, порой даже обо мне забывают. Катаются на всех каруселях, наперегонки едят сладкую вату и мороженое и просят постоянно их фотографировать то с фонтаном, то с человеком в костюме Чебурашки, то с Вольтом на фоне красивой клумбы. Настоящие девчонки. Даже в туалет убегают вместе, с ума сойти можно.

В конце вечера мы заходим в кафешку, чтобы вкусно поужинать, и к девяти, как и было оговорено, возвращаем дочку домой. Полина пищит от новости, что скоро познакомится с бабушкой, а потом представляет Юле Дашу как свою новую подружку, крепко обнимает ее, меня, и окончательно вымотанная уходит домой, обещая скучать и ждать следующей встречи.

И вот вроде бы всё в порядке. Замечательный день, крутейший просто. Нагуглялись, насмеялись, наболтались, наелись. Но что-то всё равно не то… Такое ощущение, что между нами с Дашей какой-то холод витает. Я не понимаю, в чем причина. Но разобраться планирую. В машине правда не хочу. Вольт дрыхнет на руках Дашки, да и мы оба вымотанные. Нужно доехать до дома и поговорить уже там. Мне не нравится это состояние. Я не хочу ссориться с рыжей, более того, не понимаю, из-за чего. Но она так хмурится, как будто я лично сделал ей что-то плохое. Надо разобраться.

— Ты высадишь нас у дома? — спрашивает Рапунцель, когда заезжаем в наш двор. Да сейчас. Отпустил я вас, конечно. На эту ночь у меня совершенно другие планы. И мне опять приходится командовать, чего в отношениях с Дашей мне катастрофически делать не хочется. Но сейчас очень нужно именно так, чтобы мы могли обсудить всё и решить хоть что-то.

— Переночуете у меня, — снова не спрашиваю, но и Даша не перечит. Я бы мог остаться у нее, но моя квартира от квартиры Даши отличается тем, что у нее душевая кабина, а у меня просторная ванная. И именно ванную я очень хочу с ней принять.

Поэтому, как только заходим в квартиру, иду готовить для нас приятный вечер. Набираю горячую воду, которую терпеть не могу, засыпаю морскую соль, добавляю масла. У меня этого добра целая полка, нам врач после тяжелых тренировок настоятельно рекомендует так расслаблять мышцы, чтобы не сдыхать от боли на следующий день.

— Идем со мной, — беру всё еще расстроенную Дашу за руку, поднимаю ее с кресла и веду в ванную. — Нам точно нужно расслабиться и поговорить. Да?

— Как ты собрался принимать горячую ванну с солью, если у тебя еще практически свежая рана на руке, Леш? Ты дурачок, скажи честно? — хмурится Даша, глядя на мою повязку. Блин. А реально не подумал ведь. Хотел просто сделать приятно.

— Я не буду мочить, нормально, — выключаю свет, оставляю только неоновую подсветку на зеркале, которая плавно меняет цвета. Никогда не думал, что могу быть таким романтиком, но, оказывается, могу. И мне нравится. Нравится делать это именно для Даши. Видеть, каким взглядом она смотрит на всё это. Чувствовать мурашки на ее коже, когда начинаю медленно стягивать с неё одежду. Слышать, как тяжело дышит, когда касаюсь, но не говорит ни слова, потому что всё еще на что-то обижена.

Она невероятная.