— Кто я? Кто это там…

— Я, — твердо сказал голос, хорошо знакомый голос. Тот, которого ты убил. Зачем ты меня убил?

Это был Начальник службы безопасности. Сгоревший в попавшем в ДТП автомобиле. Дотла сгоревший!

И все же это был он!

Он!

Он!!

Объявление в местной вечерней газете не радовало. За потерявшуюся (число… время… место…) белую хромую болонку обещали только устное спасибо и банку варенья. Контора получила сообщение, приняла его к сведению и предлагала, в ожидании дальнейших распоряжений, действовать самостоятельно.

И больше ничего. Контора не информирует своих работников о своих действиях. Она информирует своих работников только об их действиях. Которые обязательны к исполнению.

Вот так!

Ну и что теперь делать? Пойти в лобовую — один против всех — атаку. И погибнуть в неравном бою? Или погибнуть под упавшим на голову цветочным горшком, оброненным длинной рукой Большого брата, если умудришься выжить в бою, но не умудришься его выиграть.

Что же делать?

Может, ничего не делать?

Но тогда почишь еще быстрее. За неисполнение приказа в условиях военного времени.

Нет, пересидеть лихое время в тылу не удастся. Хотя бы потому, что того тыла нет. Есть только передовая. Кругом передовая.

Ладно, ввяжемся в бой, захватим плацдарм и будем удерживать его до подхода главных сил. Которые, хочется надеяться, подойдут.

Ревизор осмотрел поле будущей битвы и выбрал очень удачный, на его взгляд, плацдарм. Такой плацдарм, захват которого они игнорировать не смогут. Выбрал нефтеперерабатывающий завод. Единственный в Регионе. И единственный на все соседние регионы.

Для начала вознамерившийся заняться нефтебизнесом Сашок купил себе «крышу», потому что в таком деле без «крыши» нельзя. Без серьезной «крыши» с ним никто даже разговаривать не станет. Он по-быстрому смотался в Чечню, к известному ему полевому командиру, и сторговал у него пятьдесят штыков. Чеченцы были голодны и злы как черти. Ревизор поселил их в пустующем пионерском лагере, оформив под беженцев, и каждый день отстегивал милиции по тысяче баксов, чтобы тех не трогали. Их не трогали.

Вторым заходом он прикупил взвод армейского спецназа в полном вооружении. Эти стоили втрое дороже чеченцев, потому что были не сами по себе, были армией. И по той причине не могли торчать без дела у черта на куличках в ущерб службе. Но Ревизор все же сторговался с командиром полка на два отделения спецназа, на два дня, за два новеньких, ему и начштаба, джипа.

Для доставки спецназа в день Икс пришлось зафрахтовать на месяц грузовой «ан».

Затем Ревизор подмазал милицию и командира местного ОМОНа, чтобы исключить их участие в конфликте на стороне противника. Он популярно, за сто тысяч «зелени», объяснил, что могут быть небольшие разборки между ним и местным криминалитетом и что не стоит на них обращать внимания. Он сам справится.

Пока Ревизор «наводил мосты», нанятые им шустрые ребята скупали у рабочих и служащих комбината акции по баснословно высокой цене. Конкуренты не могли дать такой цены, и акции перетекли к бизнесмену Сашку.

Но их было мало.

Тогда Сашок напечатал три пуда хорошо исполненных фальшивых акций и разом выбросил их на рынок, сбив тем цену до нижних пределов. Держатели акций в панике сбросили акции с рук. В руки предприимчивого бизнесмена Сашка. Он скупил все, в том числе поддельные акции. Но и в том числе настоящие, по цене почти такой же, как фальшивые. Конечно, с фальшивками разобрались и изъяли их из обращения, но было поздно, сорок с лишним процентов акций оказались в руках Сашка. Который был ни при чем, потому что больше других пострадал от фальшивомонетчиков.

Конкуренты тоже подсчитали проценты и наехали на удачливого скупщика акций, назначив стрелку.

На стрелку разбирающиеся стороны прибыли не одни. Прибыли со своими «крышами». Конкуренты притащили две дюжины бритоголовых братков со шпалерами в карманах.

Сашок скромно рассадил в стороне пятьдесят хмурых чеченцев.

И вежливо поинтересовался:

— Кто хотел говорить за комбинат?

— На понт берешь?

— Кончай базарить. Давай по делу.

— Хочешь по делу — давай по делу.

Из машин полез привлеченный конкурентами тюремный СОБР с автоматами наперевес. Чеченцы зло ощерились на камуфляж.

— Может, все-таки обойдемся без войны?

— Обойдемся, если отдашь свою долю.

— А если не отдам?

Сашок небрежно махнул рукой.

По условному знаку из ближнего леса выкатились и мгновенно рассредоточились по местности два отделения армейского спецназа. Они разбросали, уперли в грунт сошки ручных пулеметов, раскрыли коробки с лентами, разложили перед собой веером ручные гранаты. Снайперы сбросили крышки с объективов оптических прицелов снайперских винтовок. Минометный расчет поставил на плиту ствол миномета.