– Тетя, мне страшно, – едва слышно прошептала Аврора и закрыла лицо руками.

Ария отложила гребень в сторону и присела на край столика. Она мягко убрала руки Авроры от ее лица и заглянула в глаза с нежной сочувствующей улыбкой.

– Аврора, я понимаю тебя как никто другой. Бояться нового и неизведанного – это нормально.

– Но, тетя, я уеду за тридевять земель! Покину дом. Не буду видеться с вами годами! Еще… – Авроре было стыдно признаваться в своих страхах, хоть она и знала, что тетя не осудит. – Я… боюсь его…

– Принца Рэндалла? – Царица удивленно приподняла свои тонкие светлые брови.

– Да. Я совсем его не знаю. Он такой… холодный, высокомерный и… такой чужой. Как я смогу жить с ним и… делить ложе? – На этих словах Аврора смущенно прикрыла глаза. Ей даже представлять было страшно, что ее ждет после свадьбы.

– Милая моя девочка. – Ария притянула ее к себе, и Аврора положила голову ей на колени. – И этот страх мне известен. Когда я вышла замуж за твоего дядю, мне было даже меньше, чем тебе. Я была пятнадцатилетней наивной девушкой с отдаленных земель Севера. Я плакала, не переставая, несколько дней, когда узнала, что отец дал благословение на брак с царевичем Дайном. Он был вдвое старше меня и казался очень грубым и строгим.

Аврора подняла голову. Взгляд Арии был устремлен куда-то в стену позади, а ее глаза – подернуты пеленой воспоминаний.

С едва заметной улыбкой она продолжила:

– Я так боялась этого огромного и вечно сердитого медведя, что в первую брачную ночь потеряла сознание от страха. Но со временем я узнала, что за горой мышц и угрюмостью прячется огромное доброе сердце, и полюбила мужа всей душой. Да, я по-прежнему тоскую по своем дому, и мне грустно оттого, что я бываю там крайне редко, но моя семья и мой дом теперь здесь, в Колдхейме, и я ни на что не променяю стены Ледяного замка.

Ария обхватила ладонями лицо Авроры и, наклонившись к ней, тихо добавила:

– Не суди южного принца по внешним данным. Вся его надменность – лишь показная бравада, присущая любому юноше его возраста. Думаю, он благородный человек. К тому же немногим старше тебя, и вы легко найдете общий язык. Постарайся полюбить своего мужа, Аврора, и тогда сможешь обрести новую семью, как ее обрела я.

Главный зал Ледяного замка был украшен белоснежными зимними розами. От самого входа и до царского трона дорожкой расстилался зеленый ковер, по которому сейчас неторопливой гордой походкой шел Рэндалл. По обе стороны от него толпились люди: справа стояли мужчины, а слева – женщины.

На троне восседал царь Дайн. Позади него, положив руку на его могучее плечо, стояла величественная царица Ария. По правую руку от царя в ряд выстроились их сыновья, плотно прижавшись плечом к плечу. Каждый из них держал в руках меч, упирающийся острым концом в пол.

Рэндалл остановился у помоста, на котором возвышался царский трон. Он опустился на одно колено и положил на него руку, в которой был зажат серебряный кинжал, украшенный синими алмазами.

– Царь Севера, я – Рэндалл Вейланд, сын короля Юга и Хранитель Ардена, призываю всех собравшихся в свидетели и прошу у тебя руки твоей племянницы.

– Какую цену ты готов заплатить, принц Юга? – Дайн сверлил Рэндалла нарочито суровым взглядом из-под кустистых рыжих бровей.

Рэндалл повернул голову в сторону Томаса и едва заметно кивнул. Тот поднес к ногам царя сундучок и откинул крышку. Он был доверху наполнен синими драгоценными камнями.

– Это лазурные алмазы, самое ценное богатство Ардена. Их добывают в недрах Мглистых гор в священной Деревне Предков, которую от чужеземцев защищает древняя магия основателя Ардена, Ардана Корвина. Но даже эти камни не сравнятся с красотой и ценностью северной княжной. Примите этот дар в знак серьезности моих намерений.

Обряд помолвки, не сильно отличающийся от обычаев Ардена и Юга, вызывал у Рэндалла раздражение. К чему все эти церемонии, если вопрос решен? Чтобы лишний раз показать, что женщина – всего лишь товар? И даже знатное происхождение не меняет ее положения, только делает дороже в цене.

Царь поднялся с трона и взмахом руки приказал младшему сыну забрать сундук. Дайн приблизился к Рэндаллу, стоявшему на одном колене, и посмотрел на него сверху вниз.

– Принц Рэндалл, готов ли ты принести клятву в верности моей племяннице? Готов оберегать ее, любить и, в случае беды, отдать за нее жизнь?

– Да, я готов. – Достав из ножен кинжал, Рэндалл выставил свою правую руку перед царем и без колебаний сделал глубокий надрез на внутренней стороне ладони. – Призываю всех собравшихся в свидетели и клянусь оберегать и любить Аврору, хранить ей верность и, в случае нужды, отдать за нее жизнь.

На темный холодный мрамор упали капли крови. Они напомнили Рэндаллу те алые капли на снегу из его недавнего сна. Сердце сковала непонятна тревога.

– Аврора! Дочь моя! – Голос Дайна отвлек его от тягостных мыслей. Царь повернулся к своим сыновьям, и те расступились, явив сестру, которая, как оказалось, все это время стояла за их широкими спинами.