– Вот это я понимаю! Нетерпеливый муж! – произнес, кажется, тот престарелый лорд, который пытался ухватить Аврору за грудь.

Улюлюканья и смех зазвучали с новой силой, но судя по отдаляющимся голосам, никто за ними не последовал.

Рэндалл спокойно дошел до покоев Авроры, ударом ноги распахнул двери и переступил порог комнаты. Аврора тут же стрелой соскочила с его рук и отошла на несколько метров.

– Ты что творишь? – обозленно прокричала она, не боясь, что их кто-то услышит.

Рэндалл пропустил ее слова мимо ушей. Устало вздохнув, распустил шнуровку на вороте рубашки и бесцеремонно направился к большой кровати, скрытой светлым балдахином. Он уселся на кровать и блаженно потянулся, размял своими руками затекшую шею.

– Я задала вопрос! Что ты себе позволяешь? – Аврора встала перед ним, скрестив руки на груди.

– Не позволил пьяным вусмерть мужчинам лапать мою супругу, – спокойно ответил он. Стянул с себя сапоги и разлегся на кровати.

Ложе было подготовлено для их первой ночи. Накрахмаленные простыни отдавали приятной прохладой и душистым ароматом хвои, прямо как сама Аврора. Томящийся в хмельном плену разум услужливо подкидывал Рэндаллу мысли о том, как прекрасна его невеста и что он может воспользоваться правом первой ночи хоть сейчас.

Рэндалл отогнал навязчивые идеи и закрыл глаза. Ему надо было вздремнуть хотя бы полчаса, чтобы угомонить вихрь запретных желаний, вызванный сидром.

Аврора расхаживала по комнате, не в силах унять дрожь в теле. Почему ее так пугал брак с принцем? Ее страх перед Рэндаллом удивлял и Тину, и тетушку Арию, ведь кто только не просил руки Авроры: и дряхлые старики, и мужи в расцвете сил, – но ни один из них не вызывал в ней такие странные чувства, как Рэндалл.

Все дело было в его глазах. Она никогда не видела таких красивых и одновременно пугающих глаз. Практически бесцветные, холодные словно лед, они каждый раз заставляли ее впадать в ступор, и Аврора переставала владеть собой. Она не понимала, что было на уме у принца, и, более того, не могла понять собственные мысли и чувства, когда находилась рядом с ним.

Рэндалл лежал, распластавшись на кровати, и не обращал на нее никакого внимания. В глубине души Аврора была благодарна, что он избавил ее от унизительного обычая проводов к брачному ложу, следуя которому гости свадьбы должны были донести их на своих плечах прямо до кровати и оставить на невесте лишь сорочку, а на женихе – штаны. Хотя ее щека до сих пор горела в месте, где побывали губы принца, и Аврору это ужасно злило.

– Немедленно поднимайся и покинь мою опочивальню. – Аврора возвышалась над ним, как коршун над погибающей жертвой.

Рэндалл сморщился и приоткрыл один глаз.

– Аврора, душа моя, ты, видно, устала. Так приляг и отдохни.

– Я ни за что не лягу рядом с тобой! – Она от нетерпения снова начала ходить по комнате взад-вперед.

– Еще как ляжешь, я твой муж, не забыла? – Он потянулся за подушкой и подложил ее себе под голову, чтобы наблюдать за Авророй.

– Не забыла, но сегодня ты должен покинуть мои покои. Тетушка Ария сказала, что ты только проводишь меня до комнаты, а потом уйдешь к себе.

– Может, я передумал и решил переночевать здесь? Да хватит уже мельтешить перед глазами, ляг и успокойся. Я не собираюсь к тебе приставать.

Аврора остановилась и вперила в него злобный взгляд.

– Как ты не понимаешь, что если останешься здесь, то наутро все будут проверять наше ложе? Что подумает моя семья, когда увидит чистые простыни? – Аврора застыла, осознав, что сказала все это вслух. Она почувствовала, как загорелись ее щеки.

Рэндалл удивленно взглянул на нее.

– Так ты… Вот черт. Так бы сразу и сказала.

С этими словами Рэндалл поднял рубашку до груди, обнажив рельефные мышцы на плоском животе.

Аврора посмотрела на него обомлевшим взглядом.

«Он совсем с ума сошел?»

– Я готов, душа моя, иди ко мне. И мы скрепим наш союз в пылком соитии! – Он попытался стянуть свою рубашку через голову, но только безнадежно запутался в вороте и безвольно опустил руки, скрывая тканью часть пресса. – А, нет, извини. Кажется, я не готов.

Опомнившись, Аврора отвела взгляд от его оголенной бледной кожи и взглянула ему в лицо. На губах Рэндалла играла блаженная улыбка, а его глаза… Ох, как она сразу не заметила? Если в обычное время его глаза источали леденящий холод, то сейчас они были остекленевшими и точно неживыми, а расширенные зрачки напоминали бездонные черные колодцы.

– Рэндалл, ты пьян?

– Именно… Поэтому я несу несусветную чушь и не могу себя контролировать. И лучше не трогай меня, княжна, если не хочешь услышать куда более ужасные речи.

– Сколько ты выпил?

– Пять кубков омерзительного сидра. – В доказательство своих слов Рэндалл приложил ладонь ко лбу и поморщился, словно от боли.

Аврора скептически фыркнула.

– Боже правый, да мои братья пьют его литрами и не пьянеют, а тебя развезло от пяти кубков?

Приподнявшись на локтях, Рэндалл посмотрел на Аврору. С его лица исчезло туповатое выражение, на смену которому вернулась привычная непроницаемая маска.