Что ж, такова жизнь.

Зато благодаря ему каталка осталась здесь, и теперь мы ею воспользуемся….

А вообще, чего тут случилось?

Оглядевшись, я понимаю, что нахожусь в отсеке, который больше похож на поле боя.

Практически все стены были испещрены следами попадания в них различных боеприпасов. Освещение смонтировано кустарно, штатные лампы разбиты.

В коридоре, перегораживая проход к медблоку, кое-как установлена переборка от пола до потолка, сваренная из кусков стали. В ней по всей длине видны щели-бойницы, часть из которых еще и имеет характерные подпалины вокруг себя — следы применения огнеметов.

В центре этого чуда фортификационной инженерии — сваренная, опять же, из кусков стали дверь, в данный момент закрытая. Над дверью, не скрываясь, торчит ствол огнемета.

Вот только по идее из каждой этой бойницы сейчас должно торчать по стволу, а их нет. Более того, все следы боя тут — двух-трехдневной давности, если я не ошибаюсь. А уж в этом я разбираюсь, и вряд ли ошибся в сроках.

Так что тут вообще происходило? Люди сражались с людьми? Похоже на то. Во всяком случае, я не вижу останков монстров или жижи, заменяющей им кровь.

Впрочем, человеческих трупов тоже не видать.

Что же тут было вообще? Кто с кем сражался?

Ладно, быть может, позже кто-то ответит на мои вопросы, или же я найду какие-нибудь подсказки…

А сейчас надо погрузить тяжеленную тушу человека в десантной броне на каталку, и бегом тащить его в медотсек, пока не загнулся прямо тут.

Слава богам, мне не пришлось никого уговаривать, ни с кем спорить. Лейтенант молча мне помог.

Даже вдвоем с лейтенантом мы с трудом подняли и водрузили бронированного десантника на передвижную конструкцию, которая очень сильно прогнулась под его весом. Оба отстреленных куска щупалец так и свисали с его груди, как чужеродная бахрома.

Мы пыхтели, скрипели, но все же справились. Снайпершу привлекать к работе не стали, да и не до того ей сейчас…

На каталке тащить тело У. Мозеса было намного проще, так что мы быстро оказались у ворот. Меня здорово нервировал ствол огнемета над головой, но лейтенант был абсолютно спокоен, так что я быстро смекнул, что здесь он не впервые, и наверняка знает о том, что же произошло, знает куда больше меня. Ну и раз он спокоен, то и мне вроде как переживать не стоит.

Но все же ушки на макушке я буду держать — слишком уж свежи у меня в памяти те ощущения, что я испытал, когда лейтенант хотел мною, словно червяком на крючке, перед мордами тварей поводить…

На требовательный стук в двери долго никто не открывал, и я засомневался, что там вообще кто-то есть, однако лейтенант не успокаивался — тарабанил своим пудовым кулаком без передышки.

Минуты через три непрерывного долбежа стальная плита заскрипела и поехала в сторону.

Так все-таки «дома» кто-то был…

Пока мы торчали под дверью, Эллисон успела привести себя в порядок, и даже переодеться — похоже, дамочка таскала с собой в рюкзаке комплект сменной формы, по крайней мере, брюки и куртка на ней были без следов попадания странной субстанции.

А вот запасного бронежилета в ее закромах не нашлось, так что она щеголяла в подвесной с патронами для снайперки и без защиты. Что касается ее самой — вроде как все в порядке. Спокойна и собрана, как всегда.

Лейтенант лишь поморщился, глядя на ее «преображение», но промолчал, что было совсем не в его духе. Похоже, что дела у нас были настолько плохи, что соблюдение внутренних правил временно было не важным.

Хотя, снова-таки, какие правила? Лично я и его самого, и все его приказы пошлю по всем известному адресу. Ноль доверия ему, уроду такому!

Тем временем двери все же открылись, а на пороге стоял …блин, вот знаете, есть кино про всяких ученых, которые совершают внезапные открытия, сами при этом будучи эдакими «не от мира сего»?

Вот это был классический такой персонаж.

В заляпанном зеленой жижей и человеческой кровью халате, с встопорщенной во все стороны седой шевелюрой, стоял тощий и высокий мужик неопределенного возраста — от пятидесяти до восьмидесяти лет, со слегка выпученными глазами и брезгливо скорченным ртом. Мне сначала даже показалось, что он то ли пьян, то ли накурен в доску — рот полуоткрыт, и из него чуть ли не слюна течет.

– Э-э-э…это, парни — че надо? Я занят малость, так-то…

– Э! Доктор Ричард! Не до шуток сейчас! — заявил лейтенант. — Вот этот парень, — он указал на лежащего на каталке космопеха, — получил в грудь два щупальца от охрененно большой твари, я таких еще не видел. А еще надо проверить Фрэнка…

— А меня чего проверять? — рыкнул я.

— Ты пришел непонятно откуда, и хрен знает, где тебя вообще носило! Может, ты заражен?

— Ага, гонореей от твоей мамаши! — хмыкнул я.

— Отставить шутки! — рявкнул лейтенант.