И вроде как настроилась, да? Только вот рано ты, Алиса Степановна, расслабилась. Когда я захожу в гостиную, откуда слышан громкий смех и разговор, замираю. Потому что в числе прочих гостей, здесь есть та самая Алена. Которая сидит рядом с Олегом. На моем месте.

Алиса

Жмусь в дверном проеме, потому что вдруг накатывает такое супер-супер странное чувство, что мне здесь места тупо нет. Знаете? Такая некая законченность. Вот они все сидят: Олег, его брат, Алена…мама и три ее лучшие подруги, в числе которых моя бывшая учительница, которая вечно ко мне придиралась…Это семья. Их семья. А я сюда не вписываюсь — лишняя. Болтают, радуются, смеются, даже не обращают внимание, что здесь кого-то типо не хватает. Наверно, если я сейчас уйду, никто и не заметит этого…

Но оборачивается Олег. Он слабо мне улыбается и мотает головой, мол, чего встала то? И от сердца отходит немного. Забываю о тревоге и дикой обиде. Накручиваю я себя, глупости горожу. Мне же уже было сказано: Алена его старая подруга, они соседи, их мамы дружили. Наверно она ее позвала? А отказать неудобно. Алиса, успокойся! Все можно объяснить логически.

— Алиса, я так рада тебя видеть… — начинает Зоя Семеновна, та самая училка.

Врет. Улыбается вот вроде, да? А на оскал больше похоже. Знаю, что сейчас она непременно меня зацепит — чувствую просто. Но что? Нахамить старшему я в любом случае не могу, меня воспитывали иначе, поэтому я улыбаюсь в ответ, а сама готовлюсь гасить в себе обиду.

— Говорят, ты ездила в Испанию?

— Да, Зоя Семёновна.

— И как отдохнула?

— Я не отдыхала, а работала в детском лагере.

— Ой, да, слышала, что наш университет теперь сотрудничает с этим новомодным лагерем…

А я слышу пренебрежение в Вашем голосе и явное недовольство. От чего оно? Так глупо…

— Это очень хорошая возможность, Зоя Семеновна. Дети могут не просто найти друзей и весело провести время, но еще потренироваться в знании языка.

— Но они же не испанский учат, пф!

— Английский, вы правы. В Испании многие говорят на английском.

— Не удивлена, что ты защищаешь этот буржуазный метод воспитания.

Поднимаю брови. Понятно. Очередной камень в огород моего отца и мой в принципе.

— Я его защищаю, потому что не вижу в этом ничего плохого. Дети при деле, отдыхают и учатся. Разве это плохо? — тише парирую, на что она самодовольно усмехается.

— Нет, неплохо, но в наше время и школы было достаточно, Алиса. Сейчас же все так изменилось. Детям подавай не просто обучения, еще развлекай их! Конечно, когда родители жулики и воры, они могут оплатить не только таких симпатичных учителей, как ты, но и клоунесс!

— В этот лагерь поехали не только дети жуликов и воров, как вы выразились, — неожиданно вступается Олег, бросая на нее взгляд и тут же опуская его в тарелку, с которой спокойно собирал салат вилкой, — Но и обычные, как мы с Серегой.

— Олег, ты серьезно? Ха! Нин, вот скажи, ты могла своих парней в такой лагерь отправить?!

— Ты что… — отмахивается мама Олега, — Я и в обычный их отправить не могла, что уж говорить…о таком.

— Потому что раньше не было льготных мест, — все также спокойно отбивает Олег, откидывается на спинку стула, жмет плечами, — Сейчас все иначе. Государство спонсирует детей, которые заслужили это своей успеваемостью.

— Не совсем это… — уже тише, но продолжает давить училка, а Олег ее перебивает с нажимом.

— Честно? Жизнь иногда поступает с тобой нечестно, но не в этом случае. Если ты учился и старался, тебя поощряют, в ином случае, извини, идешь мимо. А что касается Алисы…

Муж накрывает мою руку своей и слегка сжимает ее, даря мне слабую улыбку.

— Она не отдыхать туда ездила, а работать. Видели бы вы, Зоя Степановна, с каким старанием и ответственностью она подходила к написанию каждого урока, спорю на что угодно, даже позавидовали бы. Она молодец. И я ей горжусь.

Боже…

Я почти разрыдаться готова, пока за столом виснет странная такая тишина. Олег и раньше за меня вступался, конечно, но так феерично еще никогда. Я так ему благодарна, правда шепчу это «спасибо», совсем неслышно. Одними губами. Муж мне слегка улыбается, кивает, и, как ни в чем не бывало, принимается за горячее, предлагая уже новую тему для разговора. Далекую от моей персоны. Я вижу, как Зоя Степановна негодует, но спорить с Олегом? Нет. Не решается.

Сегодня победила я.

В приподнятом настроении, я стою на кухне и мою посуду. Не очень мне хочется, чтобы когда мы уйдем, мама Олега занималась всем этим — устала же, скорее всего. У нее нет помощницы, как у моей мамы, она наотрез от всего этого отказалась. Ремонт в квартире мы кое как сделали — и на том спасибо.

— Зоя Степановна, конечно…

Слышу голос — вздрагиваю и роняю тарелку в мойку. Кого-кого я не ожидала здесь увидеть — это ее. Алена виновато улыбается, сжимая кулаки, смотрит на меня, потом на гору посуды и хмурится.

— Посуду моешь?

— Тоже от меня такого не ожидала? Как от дочери «вора и жулика»? — усмехаюсь, она отвечает мне тем же и проходит в кухню, чтобы закурить.

Удивительно это. Я не ханжа, но не понимаю девушек, которые курят. Сама когда-то тоже баловалась, признаю, а потом бросила — слишком уж сигареты воняют. Мне это не нравится.