– Может, вернемся? Не к Бодмоэлю, конечно. Найдем себе какое-нибудь королевство попроще и проторчим там до рождения Тадеуша. Зачем нам лезть неизвестно куда?

Радка хотела ответить согласием, всё-таки излишком смелости она не обладала, но вместо этого покачала головой.

– А если это именно то, чего нам не хватало? – спросила она и добавила. – Мне кажется, я тоже что-то чувствую здесь. И пусть выглядит оно жутковато, я думаю, это место не принесет нам вреда.

– Как скажешь, – Ева пожала плечами, а потом создала огненный меч из перчатки. Он не только мог защитить, но и освещал дорогу. Очень кстати, потому что тьма из пещеры словно была живой и выплескивалась за её пределы чернильными пятнами.

Ева взрезала тьму мечом и первая нырнула внутрь. Радка поспешила следом.

– Я поняла, что это за магия, – услышала она голос Евы, но почему-то сбоку и сзади, а еще сверху. – Это пространственная магия рода Манфреда.

– Так вот почему я не чувствую опасности! – Радка едва не захлопала в ладоши. – Это же магия и Фабиуша тоже!

Она прикусила язык.

– Да, так и есть, – через некоторое время всё-таки ответила Ева, голос которой отражался и преломлялся, словно они были в невидимом лабиринте. – Только мне совсем не нравится, что приходит в голову по этому поводу.

– Это почему? – Радке было не слишком интересно, пугаться в темноте – плохая идея, но ей жизненно необходимо было постоянно слышать Еву, чтобы не потеряться, и она готова была заплатить за это.

– Ты, наверное, знаешь, что семья Манфреда – пришлые в Яблоневом королевстве, – начала Ева, но тут же была прервана Радкой.

– Нет, откуда мне знать! – возмутилась она. – Я, конечно, читала то, что дала мне ты, но в книгах всё так иносказательно!

– Но вы же… – Ева снова замолчала, а когда заговорила, голос звучал иначе. – Я поняла. Минимум разговоров, максимум действий. Ладно, не хочу об этом думать. Значит, слушай с самого начала. Я не совсем правильно выразилась. Судя по всему, изначально те семьи жили в королевстве, но затем отправились на Драконий остров. В те времена магики были куда смелее и торопились найти новые земли и богатства. А золотые, серебряные, железные и медные маги больше прочих любили богатства. Конечно, часть каждой из семей остались дома, и эти семьи вроде бы существуют по-прежнему в том же виде, развивают семейные таланты, всё больше с металлами и только, но где-то на отшибе, да и называться золотыми или серебряными не рискуют. Они объединились, назвавшись блестящими. Только блеск их весь исчез, когда вернулись те, что уходили на остров.

– Что с ними стало? – спросила Радка, когда Ева вдруг замолчала, и торопливо добавила. – Я знаю, что Манфред занимается не золотом, хотя оно тоже буквально липнет к его рукам. Но остальные семьи, о которых ты говоришь, мне совсем не знакомы.

– Никто не знает, – вздохнула Ева. – Вернулись далеко не все, но те, кто вернулся, обрели новую магию, куда сильнее прежней. Золотые маги стали пространственниками, медные – подземниками, они запросто проходят даже сквозь самые крепкие горные породы и прекрасно ориентируются под землей, дворец не пропал в отсутствие короля не только благодаря Зеленым, но и им. Думать о том, что они также легко пройдут и сквозь стены, никому не хочется, если честно. Серебряные же владеют словом – то, что они скажут, станет законом. Правда, не каждое слово, а сказанное «голосом», но этого уже немало.

– А железные? – Радка видела, как колышется пламя меча, хотя должно было быть ровным и прямым, и пыталась удержаться от панического вопля и бегства.

– Железный клан остался там, – теперь голос звучал совсем близко, и из темноты вдруг вынырнула Ева. – И что они могут, тоже неизвестно.

Радка поспешно схватила Еву за руку, чтобы не потеряться снова, и наконец позволила себе оглядеться. Как оказалось, всё было совсем не так плохо. Тьма не было непроницаемой, а пещера вовсе не давила на них, а была довольно просторной. То там, то здесь поблескивали глади подземных озер, стекали ручейки по влажным стенам. Каменные наросты, названия которым Радка не знала и не торопилась придумывать, приобретали поистине причудливые формы, походя на людей, драконов, деревья и многое другое. При этом тени, отбрасываемые ими, ничуть не походили на сами фигуры.

– Удивительное место, – выдохнула Рада.

– Да, очень, – согласилась Ева. Голос у неё при этом был странный. – Я вот что подумала. Может, они что-то ели или пили в такой же пещере и обрели свои новые силы?

Она шагнула к ближайшему озеру, но Радка удержала её на месте.

– Посмотри внимательно вокруг, – потребовала она. – Что ты видишь?

Ева мазнула взглядом по ближайшей стене и дну пещеры.

– Мусор, – равнодушно произнесла она. – Радослава, отпусти меня, что ты вцепилась?

– Мусор? – Радка пнула ближайший белевший осколок и он отлетел к стене, рассыпавшись на несколько частей. – Это человеческие кости! И знаешь, судя по этим костям, пробующих обрести новую магию было больше, но не всем повезло.

Ева перестала выдирать руку и замерла.

– Давай не будем рисковать, – уже мягче произнесла Рада. – Ты и так сильная магесса, а мне… сейчас мне хотелось бы родить здорового ребенка, а магия подождет.

Если бы Ева хотя бы догадывалась, скольких сил требовалось Радке, чтобы сказать это! Впрочем, она и поняла. Опустила руки и села на камень, больше не пытаясь подойти к воде.

– Ты хорошая мать, Радослава, – Ева снова тяжело вздохнула, словно боролась с собой. – Ты столько думаешь о детях. А я вспоминаю про Матиаса только перед сном. И сейчас даже не задумалась, каково ему остаться без матери, если что-то пойдет не так. А я ведь так ждала его, ты не представляешь! И ведь если бы не ты…

Радка присела рядом, радуясь, что они сменили тему. Вода озера, черная как самая беззвездная ночь, манила и её тоже.

– Мы так и не узнали точно, зачем меня проклли цветочные, – Ева чуть притушила меч, оставляя лишь яркую искру. – Но именно они хотели заполучить Манфреда и тайну его магии, не избавляясь от меня физически. Всё-таки моя мачеха магик разума, она могла меня и не забыть. Зачем рисковать, верно?