— Ты... лжешь.
– Мне удаётся выдать это сквозь дрожащие губы.

— Почему бы тебе самой не спросить его?
– Она поднимает подбородок, и Тайсон стоит в дверном проеме.

Он весь в крови, лицо твердое как камень, сузившиеся глаза смотрят на меня. Он злится, что я здесь. Я не ожидаю, что он поймет, зачем мне это понадобилось, и хотя она дала мне больше, чем я хотела знать, я все поняла. Как я и сказала ей, она для меня мертва.

Он отводит от меня взгляд, и у меня сводит живот. Паника охватывает мою грудь.

— Тай...

— Я же тебе говорила.
– Она снова смеется, и я задыхаюсь. Мне вдруг становится трудно дышать.

Протиснувшись мимо него, выхожу из комнаты и иду обратно по тесному коридору, и чем дальше я от камеры, тем тише становится смех сестры.

ГЛАВА ШЕстьдесят девятая

ТАЙСОН

Вхожу в спальню, в которой мы остановились, пинком открываю двери с такой силой, что они ударяются о внутренние стены и отскакивают назад, захлопываясь.

— Лейк?
– зову я, догоняя ее. Она опередила меня и поднялась на лифте в номер. Видя, что спальня пуста, я пробираюсь к ванной комнате.

Распахиваю дверь, а она уже разделась и стоит в душе, ее крики наполняют ванную.

Не снимая одежды, я открываю дверь и вхожу внутрь. Она только что узнала, что ее изнасиловали, поэтому я не хочу раздеваться перед ней догола.

— Лейк...

Она ударяет меня по лицу, прерывая меня. Прежде чем я успеваю прийти в себя, она делает это снова.

— Дорог...

Пощечина.

— Ты знал.
– Она кричит на меня, ее голос дрожит. — Когда ты собирался сказать мне?
– Она толкает меня в грудь, и я обхватываю ее руками, поворачиваю и прижимаю спиной к себе.

Ее колени подгибаются, и я опускаю нас обоих на пол в душе. Она прижимается ко мне, и я провожу рукой по ее волосам, целуя ее голову.

— Ты... знал.
– Она дрожит в моих руках, и моя грудь напрягается. Если я скажу ей правду, это не будет иметь значения. Это не изменит того, что с ней произошло.

Дверь открывается, и я поднимаю глаза, чтобы увидеть Гэвина, входящего в комнату вместе с Сэинтом. Глаза Гэвина опускаются на мои порезанные и окровавленные руки, а затем встречаются с моими.

— Я пытался дозвониться до тебя.

Я киваю.

— Был занят.

Он смотрит на Люка, висящего на своих закованных запястьях, и говорит.

— Я вижу.
– Потянувшись в карман, он достает мобильный телефон и протягивает его мне. Син берет его, потому что мои руки в крови, держит его передо мной и нажимает кнопку « play ».

Мою жену бросают на больничную койку. Люк встает и садится на нее, прижав ее запястья к голове.

— Успокойте ее, блять! Сейчас же! И где, блять, ограничители ?

— Нет. Нет. Нет. Тайсон!
– кричит она.

Медбрат-мужчина в синей спецодежде, которого я убил, перехватывает запястье у Люка и помещает его в кожаный наручник, прикрепленный к кровати, и пристегивает его. Люк обхватывает ее шею руками и душит ее, пока парень продолжает обход, закрепляя ее вторую руку и обе ноги.

— Знаешь...
– Он опускает свое лицо к ее лицу. — Возможно, он действительно оказал мне услугу. Возможно, ты стоишь чего-то беременная.
– Он вжимает ее голову в матрас, прежде чем отпустить и встать с нее.

Она задыхается, втягивая воздух, дергает за ограничители, понимая, что они привязали ее к кровати, и видно, как жизнь уходит с ее лица. Вся надежда исчезла.

— Я хочу, чтобы ее усыпили, пока я не скажу иначе. И сделайте тест на беременность, - приказывает он, и люди вбегают и выбегают из комнаты.

— Я... не...
– Она глубоко вдыхает. — Беременна.

Он наклоняется над кроватью и обхватывает ее щеки, залитые слезами.

— Тебе лучше молить Бога, чтобы это было так. Иначе от тебя не будет никакого толку.
– Его рука опускается к ее обнаженной груди. Он хватает ее за грудь и бьет ее по лицу. Она вскрикивает. — Ничтожная сука - мертвая сука.

Его рука опускается к ее черным шортам, и она борется с ним, когда он снимает их. Она всхлипывает, когда его пальцы сдвигают ее трусики в сторону.