— Я пойду? — Кира убирает штамп обратно в карман.

— Иди уже, — вздыхает Роберт, и она, не прощаясь, уходит. — Как видишь, Оксана, у меня тоже есть мой собственный демоненок.

Я смеюсь. Настроение стремительно поднимается. А мысль, что я теперь свободна, становится яснее и занимает фактически все вокруг.

— Ну так что? — Роберт допивает свой кофе. — Есть у меня шанс отправиться на Мальдивы в обществе красивой свободной девушки?

— Ты всех своих клиенток приглашаешь в отпуск? — любопытствую я.

— Если бы, — шутит он, щелкая замками кейса и опуская его на пол. — Думаешь, если бы мои клиентки рассчитывались со мной таким способом, у меня сейчас была бы возможность отдохнуть на Мальдивах?

— Тогда почему я?

— Понравилась, — честно признается Роберт. — Повторюсь, красивая. Скромная, умная, хотя последнее спорно, учитывая последние пять лет твоей жизни…

Мы переглядываемся и вместе смеемся, словно старые друзья. Я ловлю себя на мысли, что рядом с Робертом мне легко, и задумываюсь, сколько же еще таких людей в мире? Я действительно получила шанс все начать с чистого листа. Но теперь не бросаясь из огня да в полымя.

— Нет, — отвечаю я серьезно. — Извини, Роберт. Ты приятный молодой человек, но я вынуждена отказаться. — Я достаю из клатча пачку денег, но он задерживает мою руку, придавив ее к столику.

— Не надо. Оставь.

— Почему? — удивляюсь я.

— Убери, — улыбается Роберт. — На самом деле, я впервые столкнулся с таким делом, когда все, что моя клиентка получит от развода, это свободу и заслуженное право на счастье. К тому же я недавно сорвал солидный куш, и если бы моя дуреха сестренка не тупанула с банковским переводом, из-за чего мой оффшорный счет заблокировали, я уже был бы на Мальдивах. Может, сама судьба задержала меня в стране и дала мне шанс искупить вину через помощь человеку, который действительно в этом нуждается.

— Тогда получается, ты останешься в минусе. Ты же заплатишь Кире, работникам в суде и паспортном столе, или где вы там все это проворачиваете… В конце концов, ты явно отдал немало за мой загранник…

— Поверь, для меня это ерунда, — подмигивает он. — Лучше потрать их с умом, следуя моему совету. Тебе сам город будет напоминать о пережитом дерьме. Так что уезжай отсюда подальше.

— Спасибо, — тихо благодарю я, и теплая ладонь Роберта поднимается над моей рукой.

Он оставляет на столике деньги за кофе, надевает очки, берет кейс и встает из-за столика.

— Удачи, Оксана. Если передумаешь, мой номер у тебя есть.

— Не передумаю.

— Я все-таки подожду, — улыбается он и направляется к дверям, не прощаясь.

Я провожаю его взглядом, убираю деньги в клатч и разглядываю штамп в паспорте. Боже, он прекрасен! И цифры уже кажутся ровнее, и подпись красивее. А чувство окрыления и свободы наполняет меня с каждым новым глотком воздуха.

Наконец убираю паспорт, беру в руки телефон и, вертя его, думаю, позвонить ли Крису или нет? И почему мне вообще хочется ему позвонить? Сообщить о разводе? Зачем? Или сказать, что его деньги в целости? Или спросить, какого черта он мне такую сумму перевел? Или попрощаться перед отъездом на Мальдивы? Интересно, как он отреагирует? Поверит ли, что я могу пойти на такой шаг, тем более, накануне маминой свадьбы? Нет, нельзя так шутить. Он же мой брат, как никак. Угум… сводный брат, с которым мы просто спим.

Едва я снимаю блокировку экрана, чтобы позвонить и на ходу придумать, что ему сказать, как мне поступает звонок от Полинки.

— Ну где ты там?! Минералки принеси. Холо-о-одной…

— Хорошо, — смеюсь я. — Сейчас поднимусь.

Я убираю все свои вещички в клатч, покупаю минералку и покидаю ресторанчик, так и не решившись позвонить Кристиану. Хотя ядовитая мысль о том, что с большой вероятностью он сейчас встречает в аэропорту свою женушку, отравляет меня изнутри. Он наверняка обнимает ее, целует, улыбается ей, вопреки тому, что ненавидит. Мерзавец!

Я вхожу в лифт, нажимаю кнопку и чувствую, как злость захлестывает меня с головой, превращая меня в стерву-любовницу, сгорающую от ревности. Не могу перебороть это гадское чувство, беру телефон и в порыве ярости решаю позвонить ему. И только сейчас до меня доходит, что у меня нет его номера.

Похоже, моя судьба — умереть от ревности сразу после развода…

— Так, ладно, — Варечка промокает салфеткой губы, и осматривает стол. Кажется, в ее взгляде я замечаю затаенную печаль по сожранным пирожным. — Я тебя выслушала, Крис. Денежки что спрятал — молодец. Я бы назвала тебя умным мальчиком, но после твоей истории про Лану не могу. Извиняй.

— Варя, выключи, пожалуйста, свой сюсюкающий тон, — вырывается из меня, и этот колобок неожиданно выпрямляет спину, грозно сверкнув глазами.

— Выключить тон? Хорошо, Кристиан. Слушай меня внимательно: я окажу тебе услугу и помогу избавиться от твоей жены. Надолго, — ее голос становится настолько холодным и стальным, что Макс даже закашливается, поперхнувшись. Что-то мне подсказывает, что у него яйца скукожились от родного голоса его бывшей возлюбленной. — Уедет твоя Лана далеко и надолго, Кристиан. Предупреждаю тебя только об одном: если ты внезапно потом передумаешь и бросишься отмазывать свою возлюбленную, честное слово — я заморочусь и тебе голову сверну.