– А твоя душа?

– Тоже я.

– Но твоя душа живет-то уже не первый раз. Поэтому все ДО твоего рождения – это тоже ты.

– Хоть я ее, то есть себя, и не помню тогда, мне так жаль, - говорю хрипло. –Я видела, как гаснет ее, то есть - мой свет. Это так…

– Это разбивает сердце, - закончил Майкл за меня.

Закрываю глаза, тяжело вздыхая. Не хочу их открывать, что-то думать, куда-то идти. Хочу остаться в этой бесконечной темноте.

Майкл осторожно берет мое лицо в свои ладони. Они сухие и теплые. Закрываю глаза, позволяя запаху цитруса заполнить мое сознание.

– Прости, не стоило тебе все это рассказывать. Тебя вообще не должно быть здесь. Прости…

Он все еще держит мое лицо в своих руках. Внезапно чувствую, как он целует меня. Легко, непринужденно, словно касание крыла бабочки. Открываю глаза и вижу эту сексуальную необъятную тьму в его глазах напротив, наполненную внутренним светом. Я впервые увидела свет в его ночи.

А ведь я попала сюда лишь потому, что поцеловала его.

Майкл снова аккуратно касается моих губ своими меня, и я неумело отвечаю на его поцелуй, словно никогда ранее не была близка с мужчинами.

Его губы мягкие и теплые, а дыхание огнем опаляет мне кожу. Следующий поцелуй уже более требовательный, словно он забирает то, что принадлежит только ему. Майкл медленно спускается на шею, и мне снова нечем дышать. Нет вокруг больше ничего, кроме его рук на моем лице и вкуса его губ.

Я чувствую себя крайне маленькой, но защищенной в его крепких горячих объятиях. Словно это именно то, чего мне так не хватало всю мою жизнь. Только это правильно. Только так и надо.

От ворвавшегося в тело возбуждения мне сносит крышу. Оно горячей волной зарождается внизу живота и проносится по всему телу, наполняя каждую клетку нестерпимым жаром. Обхватываю его лицо руками, не желая отпускать, не желая прекращать этот поцелуй. Наше дыхание сливается в одной целое. Будь, что будет!

Несмотря на все, что между нами было.

Несмотря на все, что я узнала.

Несмотря на все, что было ДО.

Гори все синим пламенем!

Я чувствую, как бьется его сердце. Как живое.

Резким порывом тащу футболку наверх, и Майкл послушно поднимает руки. Взгляд падает на накаченный торс без единого шрама. Видимо, в его личном Нигде он становится тем, кем был до смерти.

Майкл шумно выдыхает, когда я провожу ладонью по натянутым канатам мышц. В его глазах плещется безумие, и мне это чертовски нравится! Я готова сойти с ума вместе с ним в эту секунду.

Он снимает свитер, в котором я была, и осыпает мое тело горячими поцелуями, заставляя кожу в этих местах гореть огнем.

– Майкл, - шепчу ему в ухо.

– Тссс, не надо…

Ведь если я сошла с ума, почему мой бред не может быть таким, каким я захочу?

Глава 22

Почему мгновение не может остановиться? Хоть мне и кажется, что мы находимся в безвременном пространстве, я бы хотела никогда не покидать это место. Не покидать Майкла, что обнимает меня сзади, уткнувшись носом в волосы. Я не хочу возвращаться в свою реальность. Без него она мне больше не нужна. Тем более после того, что я узнала. Кажется, что жизнь разделилась на «до» и «после», и даже сложно сразу сказать, что лучше – до или после.

Его дыхание еще сбивчивое после бурного и одновременно нежного секса. Он любил меня так, как никто никогда не любил. Очень нежно, осторожно, томительно прекрасно. Оргазмы вспыхивали снова и снова, буквально утопив меня в диком наслаждении. Я готова была потерять голову от нахлынувшего счастья. Ощущать его внутри себя было высшей наградой.

Сижу к нему спиной, вглядываясь в бесконечную белизну горизонта.

Глубокое умиротворение растворяется во мне. И глубокая печаль.

– Майкл?

– М? – мурчит в затылок.

– Умирать больно? Я ведь этого совсем не помню, хоть и прошла через это минимум тысячу раз.

Он еще крепче обнимает меня, как будто я намереваюсь сбежать.

– Нет, если это не мученическая смерть. От болезни, например. Когда ты ничего не можешь изменить. Таких я спасти не могу. А если внезапная – нет, не больно. Ты даже понять ничего не успеешь.

Если бы не Майкл, я бы не успела понять, что Боби меня убил. Летела бы уже по бесконечному светлому коридору, оставив короткую земную жизнь за плечами.

– А почему ты всегда молчал? Я думала, ты немой.

– Если Ангелы заговорят в мире людей, человечество сойдет с ума.

Мы снова молчим, наслаждаясь моментом.

– А тебе ничего не будет за… - пытаюсь подобрать слова тому, что между нами было.

Майкл усмехается.

– Нет, мы же не в реальной жизни. Здесь не считается.

Не считается. Только вот у меня внутри все считается.

– Мне не чужды человеческие чувства и эмоции. Я же был человеком. Когда-то.

– А что ты чувствуешь? – я разворачиваюсь к нему, желая понять, что у него на уме. Что прячется за этой непроницаемой чернотой.