Вопреки недовольству, вылитому на Мидраша, она довольно быстро привела себя в порядок. Для прогулки, впервые за время пребывания в Дракастле, она предпочла платью удобные штаны, высокие сапоги на шнуровке, рубашку и замшевый жилет, а волосы заплела в высокую тугую косу. И пусть братья изумлённо смотрели на неё, когда Янта спустилась на завтрак, но лучше так, чем спускаться и подниматься по склонам в неудобной, неподходящей одежде.

Сдержанно пожелав ей доброго утра, мужчины уткнулись носом в свои тарелки, и едва начавшийся разговор заглох. Ардрак предсказуемо не горел желанием общаться ни с братьями, ни с ней. Мидраш едва сдерживался в ожидании конца завтрака. А Дэздраш выглядел недовольным. Или Янте так казалось. Однако, когда он заговорил, тон его был далёк от привычного спокойствия.

— Значит, вы сегодня спуститесь в город? — обратился он к Янте.

И она тут же кивнула.

— Да. Мидраш обещал прогуляться со мной, когда распогодится.

— Возьмёте лошадей? — неожиданно предложил Ардрак.

— Да, брат, — кивнул младший. — На обратной дороге они нам пригодятся.

Когда часом позднее Янтарэлла слезла с коня на окраине поселения у замка, то поняла, почему старший из братьев упомянул лошадей. Обратный подъём в замок на своих двоих занял бы у неё не меньше двух часов.

Привязав коней у таверны, расположенной чуть дальше по улице, Янта окинула внимательным, изучающим взглядом двух, а то и трёхэтажные здания с ухоженными балкончиками и подоконниками, на которых росли цветы; заметила вдалеке острый шпиль отдельно стоящей башни; и поразилась тому, как везде было чисто и спокойно. Никакой суеты, никакой грязи или нечистот. На новеньких крышах не видать ни одной заплатки. На светлых стенах домов ни трещин, ни облупленной краски или штукатурки. И пусть город не был богат, но Янте в нём понравилось. Поэтому, обернувшись к Мидрашу, она с недоумением спросила:

— Почему ты назвал этот город деревушкой?

— Когда наш отец был ещё жив, я много путешествовал и видел большие города в эльфийских и людских королевствах, — пояснил парень, взяв Янту за руку и направившись вперёд по улице. — Этот городок, по сравнению с ними, ничтожно мал.

— Негоже так говорить о родных краях, — с осуждением покачала головой девушка. — Как называется город?

— Руатлок.

— Красивое название, — одобрительно кивнула Янта.

За несколько часов, проведённых в городке, она заметила одну странность – женщины встретились ей всего четыре раза. Одна из них оказалась владелицей таверны. Другая, увиденная в лавке портного, выбирала между сливовым и жёлтым платьями, в то время как пять её мужчин ждали на улице. И ещё две весело щебетали на балконе дома, мимо которого проходили Янта с Мидрашем. Все остальные от пекаря до парикмахера и торговца фруктами были мужчинами. Непривыкшая к такому их количеству, Янтарэлла странно себя чувствовала, вынужденная наблюдать за непривычным жизненным складом.

И ещё более странным ей показалось отношение местных к ней и Мидрашу. Казалось бы, одного из хозяев этих земель им следовало уважать и соблюдать определённую дистанцию. И уж тем более не пытаться очаровать его спутницу. Но то и дело Янте приходилось отказываться от амулета в подарок, самых спелых и сладких фруктов, предложения сшить идеально сидящее по фигуре платье, роскошного букета самых красивых цветов, и прочего.

Каждый раз, отступая за спину Мидрашу, она думала, что вот сейчас он точно должен пресечь эти посягательства. Но тот лишь улыбался, советуя стребовать кусок побольше и товар подороже. Не выдержав этого, Янта заявила, что устала и хочет обратно в замок.

Вскочив на коня она, не оборачиваясь, поехала к Дракастлу. Всё, увиденное, в Руатлоке казалось неправильным, ненастоящим, наигранным. Будто бы её пытались купить или заманить, словно дикую зверушку, в клетку. И от этого становилось не по себе.

Большая часть пути осталась позади, когда Янта услышала странный звук. Остановив коня, она прислушалась повнимательнее и вскоре вновь уловила не то жалобной писк, не то неумелый клёкот. Ещё до конца не понимая, что это, она, спрыгнув с коня, подошла к обрыву.

— Янта, нет, — только и успел выдохнуть Мидраш, после чего, заметив на скалистом уступе надрывающегося птенца незнакомого вида, девушка перестала обращать на него внимание. — Это опасно. Давай возвращаться в замок.

— Возвращайся, — отрывисто бросила она через плечо, высматривая причину того, что могло настолько встревожить малютку.

А найдя её осознала, что не оставит птенца одного, ибо далеко внизу виднелась туша какого-то зубастого монстра, напоминавшего двуглавую собаку с гибким хвостом, покрытым хитиновыми пластинами, на конце которого застыло жало, и тело странного животного с головой орла, телом кота, широченным размахом сильных крыльев и мощными когтями. С трудом опознав в последнем родича птенца, Янта обернулась к Мидрашу, не сдвинувшемуся с места.

— Нужно спасти кроху.

Но он отрицательно мотнул головой.

— Оставь его, — почти требовал он. — Птенец грифона всё равно не выживет без матери. К тому же, они невероятно опасны. Только посмотри на его мать, — кивнул парень в сторону ущелья. — Он вырастет такой же громадиной, как и она. Они почти не приручаемы.

Слушать, как надрывается малыш, зовя маму, Янта поджала губы, опустилась на землю и решительно начала сползать с обрыва.

— Ты с ума сошла! — бросился за ней вампир.