Казалось, его мои угрозы никак не трогали.

Грозный усмехнулся, и рванул корсет, путы спали, оголяя мою грудь… лифчик он также безжалостно испортил. Рванул лямки, срывая его прямо на мне.

— Перестань!!!

Не обращая внимания на мои вскрики, он склонившись ниже, обхватил губами один мой сосок и с жадностью втянул его, резко выпустил и подул на него… у меня между ног словно пружина порвалась… я всхлипнула… прикрывая глаза

— Ты хочешь, чтобы я прекратил?

Хрипло выдохнул он. Я с силой затрясла головой. Нет же, нет. То, чего я хотела, было невозможно выразить словами. Улыбка, тронувшая его глаза, была какой-то неживой, в темных глубинах огромных зрачков сверкнуло удовлетворение. Он уткнулся в ложбинку между грудями и стал исследовать ее губами и кончиком языка. Его теплое дыхание, скользившее по коже, будило во мне импульсы тока. Его настойчивые пальцы требовательно сжали мои бедра, когда он встал на колени и притянул меня к себе

Освобождая мне руки, он отложил наручники в сторону. Грозный сам слез с кровати и заставил меня встать следом. Я стояла не шевелясь… Положив руки ему на плечи и закрыв глаза, запрокинула голову, и сверкающая волна волос упала мне на спину. От влажного и жаркого прикосновения его языка, кружившего вокруг пупка, у меня перехватило дыхание. Грозный раздвинув мне ноги, языком скользнул по складочкам… ноги мои предательски задрожали

Я чувствовала его дыхание, ощущала прикосновение его языка. Очень тщательно, ни на секунду не отрываясь от своего занятия, он исследовал каждый миллиметр нежной кожи, ощупывал языком гладкие складочки, впитывая в себя влагу. Из груди вырвался тихий, протяжный стон. Короткими, но острыми ногтями я непроизвольно впилась в его кожу и, только через несколько секунд осознав это, разжала пальцы. В ответ на это невольное движение он еще сильнее сдавил мои бедра

Сильнее раздвинув складочки нежной кожи, он продолжил свои изощренные пытки… Ощущая бешеный жар между ног, я поняла, что оседаю на пол, но ничего не могла с собой поделать. Грозный придержал меня и помог опуститься на колени рядом с собой. Притянул ближе, и в его глазах загорелся сумасшедший, дикий костер. Его жёсткие, ненасытные губы требовательно накрыли мои. И я сдалась..

Его жадный язык протолкнулся между моих зубов, вернулся назад, снова погрузился внутрь. Не отрываясь от моего рта, он снова скользнул пальцами между моих ног…

Застонал, опрокидывая меня на ковер и накрывая своим телом.

Мои бедра оказались зажаты его коленями, и он подтянул меня повыше, так, чтобы я легла ему на грудь. Какое-то время я лежала, прижимаясь к нему, ощущая его член у себя между ног и прислушиваясь к глухим ударам его сердца.

— Ты же сама меня хочешь… лгунья…

прошептал Грозный, подтягивая меня ещё выше. Я уперлась ладонями ему в плечи. Уперевшись руками в пол, он рывком поднял свой корпус и одним мощным движением бедер глубоко проник в меня.

Я вскрикнула от резкой боли заполнения. Ухватившись за его мощные плечи, я помимо воли, приняла его в себя, застонав. Дожили. Я хочу его, хочу безумно. Нет той мерзости и того отвращения которые я ощущала ещё пару дней назад… Что это со мной?! Что же я делаю?!! Я хочу, чтобы меня взял тот, кто мне омерзителен? Да, я наверное мазохистка! Резкий толчок и я тут же вскрикнув, позабыла обо всём. Это всё неправильно, он меня похитил и практически насилует!

Ещё один толчок, а следом резкие движения, вторжение его плоти в мою, его тяжёлое тело на моём, его быстрые грубые движения… глубокие проникновения… лёгкие укусы в шею, за плечо… и пальцы скрутившие соски… Это всё неправильно, это всё аморально. Мне надо бы вырваться, попытаться избежать этого, но… Грозный рыча прикусил мочку моего уха и… его член вошёл в меня до упора… резко, глубоко извергаясь внутри меня…

Аллергия

— Не спится?

услышала его хрипловатый от желания голос за своей спиной. Стоя возле окошка, я наблюдала за тем, как вдали в темноте ночи где-то на этаже, в мансарде, в клетке сидела большая, белая птица. Она сидела там одна, о чём-то шёпотом со мной переговариваясь. Я смотрела на птицу, и понимала, что мы с ней оказались в почти, что равных условиях и тех же самых обстоятельствах. Мы обе в клетке. Она в маленькой, а я в большой. Грозный усмехнулся, поглаживая моё обнаженное бедро своим длинным, тонким пальцем.

— Голова болит? Я слегка перестарался?

Мне наверное следовало бы согласиться с ним, но…

— Нет. С головой у меня все в порядке.

— Ах да… хорошие девочки страдают от другого… Душевые муки?

Грозный протянул руку и провел по моей щеке. Я вздрогнула, когда пальцы коснулись моего виска. Он притронулся к пряди моих волос и убрал непослушный локон за ухо. В нашей беседе было что-то нереальное. Я видела комнату, постель… мужчину. Но как-то всё не так, не правильно… Подушечкой большого пальца он провел по моей нижней губе, надавив в центре. Затем его пальцы скользнули по подбородку, его губы припали к моим губам.

Он целовал меня грубо, жестоко, не отпуская, не давая передышку, словно разжигая огонь и отбирая у меня душу… Мне нужно было бы отступить, воспротивиться, но прикосновения его действовали на меня как магическое заклинание. По венам побежали мурашки. Одним движением он снял с меня простынь. Несколько долгих секунд он смотрел на меня. От него исходила невероятная энергия. В эту минуту я поняла, что близость с Грозным снова неизбежна. Желание пульсировало во всем теле. Я уже сама его хотела.