Это невероятно, как же просто, оказывается, было догадаться! Но раньше ей это... есть и достаточно, будешь много знать, будешь плохо спать!

Теперь она просекла истину абсолютно и ясно:

Юдин! А уж откуда он достал?..

И, сунув а нагрудный кармашек девять рублей с копейками, она - а, что поделаешь?
– поплелась к Солдату... Навстречу ей по улице с узелком и палочкой двигалась Славкина бабка. По особо чистой одежде и аккуратно повязанному белому платку Алена поняла, что бабка была в церкви - это за ней водилось.

– Здравствуйте...
– и невольно оглянулась ей вслед: была бы ты дома, много бы интересного про внучка узнала!

Тут сообразила она, что если б Славкина бабушка действительно была дома, то уж она непременно сказала бы, что Алена из их компании. И как раз начальница. И, наверное, знает про пистоль!

Стало быть, еще одно везение. Но на этот раз временное. Потому, что бабку так или иначе потрясут. Тем более надо действовать! И она вошла в калитку Юдиных.

Остановилась, прислушалась - и ушами, и, так сказать, душой: не сидит ли гражданин Солдат где-нибудь здесь в кусте. Вроде не сидел... На всякий случай убрала напряженность и лишнюю заинтересованность с лица, скромно постучалась.

– Можно?.. Здравствуйте.
– Тут она сообразила, что не только не знает, как родителей зовут, но и как самого Солдата-Юдина золотое имечко.

– Здравствуй, Аленушка... Или уж тебе надо "здравствуйте" говорить?
– сказала Солдатова мама. Глаза у нее были ярко-синие и внимательные.

– Ой, ну, что вы!
– еще скромнее сказала Алена.
– Что вы!
– Она ждала! может, как-нибудь выяснится имя солдатское. Улыбнулась с такой просительной интонацией. И ей повезло.

– Ты, наверное, к Вале?

Секунду Алена соображала, нет ли у них какой-нибудь дочки... Да нет, не было у них больше никого!

– Да, я к Вале...

Юдинский отец, который до этого, сидя в углу, дымил беломориной, поднял голову от "Советского спорта", глянул на Алену и усмехнулся.

– что-то наш сын всем необходим стал в последнее время!

– А, понимаете, мы готовим спектакль... Ну. как бы закрытие летнего сезона. И нам не хватает мужских амплуа.
– Ее аж испарина прошибла от такого быстрого и витиеватого вранья.

Мама улыбнулась своим милым, заранее извиняющимся лицом!

– Ясно .. А он, понимаешь ли, в поход ушел на три дня. Вчера вот об эту пору зашли с Алешей Старостиным, взяли удочки.

Старостин. Лешка... Это же "Адъютант его превосходительства Виталия Ивановича Свинцова" Хомяк-Мышь-Крыса-Суслик и все другие "грызущие" прозвища. Который со Славкой хотел драться, а Демин ему... Странная какая-то история! С чего бы это Крысе приглашать Солдата-Юдина в поход?

– И он еще не возвращался?

– Так ведь на три дня же...
– сказала мама, и в голосе ее послышалось тихое беспокойство.

– С рюкзаками?
– Эх, зря она! Мама и так уже...

– А Старостин Алеша сказал, в школе дадут. Только покушать взяли..., что-то случилось?

– Да я просто, говорю, зашла, по спектаклю... И вы не волнуйтесь Это же теперь модно - походы, экскурсии...

И уже из-за неплотно закрытой двери услышала.

– Ты чего-нибудь понял, Вась?

– К Старостиным добеги, и понимать ничего не надо.

Так. Стало быть, Юдин, Крыса и Свинцов. Не у Свинцова ли сам пистоль?.. Да, на "Виталия Ивановича" стоит посмотреть! Жутко, мол, интересуюсь, в какой это "поход" вы отправили Солдата-Юдина. И припугнуть! Ты, что. милый друг, в Италии находишься? Детей воровать!

Она, конечно, не представляла себе ничего сверхпредосудительного. Свинцов пижон, но не более того. Умеет командовать своей кодлой, умеет болтать про сильную личность!

– После того, как я пришел к власти, на улице Тургенева никому не набили морду... без моего приказа!

Но пистоль ему пригодился бы для антуражу. Н-да! Нелегко будет Алене. Но теперь это дело принципа!

Итак, Алена пошла к Свинцову Виталию Ивановичу, чтобы найти Солдата-Юдина. Однако его там не было. Он сидел под замком в старой баньке. Было сыровато, тихо, пахло висевшими здесь когда-то березовыми вениками и дымом, который улетал в трубу лет пятнадцать назад, и еще чем-то банным, чему Юдин названия не знал, потому, что он никогда в таких вот домашних собственных баньках не парился, а ходил с отцом в "Общественные бани пос. Скалба"