Мэтт спас меня, ударившись в байки о том, как он делал предложение своей жене. Я слушал вполуха, витая в своих высотах непокорных мыслей. Девушка-консультант из золотых прилавков «Тиффани» изрядно удивилась, увидев на пороге блестящих витрин парочку неотёсанных пожарных. Мы с Логаном, как приличные гости, сняли каски и, засунув их подмышки вместе со смущением, прошлись вдоль полок с серебряными подвесками и бриллиантовыми колье. Ей богу, два слона в посудной лавке. Забрели мы сюда совершенно случайно. Выехали бригадой заправить машину перед сменой и, проезжая мимо вывески «Тиффани», я попросил Уэйда остановить громадину где-нибудь неподалёку. Капитан не любил, когда мы разъезжаем в рабочее время по личным делам, но парни сделали ради меня исключение.

Они хором заулюлюкали, когда поняли мои намерения.

– Кто-то решил попрощаться с холостяцкой жизнью? – Подстегнул Олсен, когда я спрыгнул на землю.

– Я с тобой. – Логан приземлился рядом в своих громадных ботинках. – А то выберешь что-нибудь отвратное.

Он усмехнулся, но я-то знал, что он идёт со мной не потому, что я ни черта не смыслю в женских украшениях. Скорее, чтобы проследить, что я не пойду на попятную, Как делал последние три года.

Когда девушка водрузила на стойку три коробки с кольцами, именно так я и собирался поступить: поджать хвост и снова сбежать. Но Логан предусмотрительно отрезал мне пути к отступлению, тыкнув своим здоровенным пальцем в простое, но довольно симпатичное кольцо.

– Как тебе это?

– Хороший выбор. – Кивнула продавщица с дежурной улыбкой. Наверняка, она всех одаривает и такими улыбками, и такими хвалебными фразами. – Белое золото, инкрустировано пятью маленькими топазами и одним крупным. Любая девушка будет рада заполучить такое.

Эмбер – не любая девушка. За четыре года наших отношений я успел изучить её вкусы, которые, надо признаться, были весьма капризными. Если она и рассчитывает получить кольцо, то уж точно с бриллиантом как минимум в полтора карата. Но в отличие от её папы, я был обычным пожарным, все сбережения которого уходили на ремонт старой лачуги. Бриллианты для меня слишком. Как и женитьба, но вместо того, чтобы объявить об этом вслух, я выдавил:

– Сколько оно стоит?

Четыре штуки. Мозг тут же принялся составлять смету, сколько всего можно закупить для дома на четыре штуки. Десять квадратов паркетной доски для гостиной и прихожей. Партию облицовочного кирпича для отделки фасада. Но плакали и мои полы, и фасад. Придётся потратить эти деньги на кольцо, в котором я даже не уверен.

– Мы берём. – Улыбнулся Логан, видя мои колебания.

Пока продавщица искала коробочку, в которой «кольцо будет смотреться ну просто идеально», Логан отозвал меня в сторонку, к высокой витрине с переливающимися всеми цветам радуги серьгами, и спросил:

– Ты уверен, что поступаешь правильно?

Старый добрый Логан Хоббс. Мы уже шесть лет плечом к плечу входим в горящие здания и бутылка к бутылке попиваем пиво на барбекю, так что он знает меня лучше, чем я сам.

– Я уже давно раздумываю над тем, чтобы жениться.

– Раздумывать не то же, что быть уверенным.

– Время пришло, Логан. Отец Эмбер наседает. И… я не хочу её потерять.

Он лишь кивнул, принимая мой ответ, но, не уверен, что соглашаясь с ним.

И вот мы катим в сторону пожарной части, обсуждая помолвки и свадьбы, как группка красоток на девичнике. Мэтт как раз рассказывает историю о трёхъярусном торте, в который влетела птица на его свадьбе, когда диспетчер нарушает всеобщий гогот трескучим голосом:

– Пожар в пекарне «Поппи». Кинг-роуд, 17. Женщина сообщила о возгорании проводки.

Веселье сразу сходит на нет. Каждый из нас прислушивается к сообщению.

– Кинг-роуд. – Говорит Мэтт, забыв и о торте, и о птице. – Это же в двух кварталах от нас.

– Уэйд, принимай вызов! – Командует Логан, перевоплощаясь из моего друга в ответственного лейтенанта.

Уэйд связывается с диспетчером, включает сирену и прибавляет газу. Улицы Портленда мелькают всё быстрее, а встречные машины разъезжаются в разные стороны, пропуская нас. Отступая при виде нашей мощи или своего страха.

В салоне тут же всё приходит в боевую готовность. Моя помолвка и свадьба Мэтта теряются на заднем плане. Кольцо в кармане забыто. Я натягиваю китель поверх комбинезона, сверху – баллон с кислородом. Влезаю в каску, в которой душно, как в запертой стеклянной клетке. Но лучше задохнуться от собственного пота, чем от смертельного дыма.

Машина с рёвом сворачивает на Кинг-роуд, и враг предстаёт перед нами при полном параде. Маленькая пекарня, зажатая с двух сторон цветочным магазином и отделением почты, полыхает, как факел. Люди высыпали на улицы, как горошины из дырявого пакета. Топчутся на месте, не зная, что предпринять. Огонь вырывается из открытого окна, сжирая деревянную раму, как бесплатный обед в «Бургер Кинг». С жадностью оголодавшего бездомного. Он уже перекочевал на фасад цветочной лавки и спалил половину вывески самой пекарни, так что теперь она называется просто «По». Обугленные деревяшки осыпают тротуар, как конфетти, разгоняя людей горячим градом. Дым клубками шелестит на ветру, разнося тошнотворный запах по всей округе. Пугающее зрелище даже для таких матёрых ребят, как мы. Из пекарни должно пахнуть булочками, но никак не костром.

Логан начинает раздавать указания, едва Уэйд притормаживает напротив входа.

– Это вы сообщили о пожаре? – Слышу я голос Олсена, к которому подлетает дама и верещит что-то о товаре и о том, что всё пропало.

– Нет. Моя лавка рядом. – Скомкано тараторит она. – Это, наверное, Рейчел. Но я её нигде не вижу! Бог мой, а вдруг она всё ещё внутри?!

Пожар – не помолвка. Здесь нет места сомнениям. Едва до моих ушей долетели слова этой женщины, я ринулся к дверям. Логан окликнул меня, приказал подождать кого-то из парней. Мы не входим в полыхающие костры поодиночке – мало ли что может произойти. Но дорога каждая секунда. Я надеваю маску и вхожу. Встречаюсь с необузданной стихией один на один.