– Привет… Да, помню, конечно! И что, место освободилось? – Светлана чувствовала, как безудержно краснеют ее щеки, а сердце почему-то делает гораздо больше ударов, чем обычно.

– Н-нет… просто я… Короче, у меня тут случайно оказались билеты на рок-фестиваль, и мне бы хотелось пойти туда с вами. Если вы, конечно, не против.

Ну конечно же Светлана ни в коем случае не была против, отныне она была только «за»! За бескорыстную дружбу, за искреннее желание приходить на помощь людям, за умение прощать друг друга и любить, несмотря ни на что. Всегда и изо всех сил!

В первую секунду, увидев в дверях палаты маму, Вадим немного даже растерялся. Нет, он, конечно, знал, что мама приедет за ним, но почему-то был уверен, что первой появится Зоя. А вдруг она придет, когда они уже уедут? Что, если она просто опаздывает? Стоп! А он сказал, в котором часу его выписывают? Ну конечно. Выписывают-то до часу дня, и он говорил об этом Зое. Нет, она не обещала, что непременно приедет, но по ее взгляду Вадим понял, что так и будет. И, прощаясь с ним вчера, Зоя обернулась в дверях и сказала: «До завтра».

– Привет! Ты? – Вадим изобразил на лице некоторое подобие радости.

– А ты что, кого-то другого ждал? – пошутила Татьяна Васильевна, даже не подозревая, что попала в самую точку.

– Глупости, – беззлобно огрызнулся Вадим.

– Ты почему вещи не собрал? – возмутилась мама. – Вон и чашка, и книжки на кровати… Приемник не забудь, он на подоконнике стоит.

Молча Вадим принялся укладывать свои вещи в рюкзак. Их было не так много, поэтому через пять минут он стоял в полной готовности.

– Ну что, двинули? – посмотрел он на маму. – Слушай, а тебе ведь за выпиской еще к врачу подойти надо, – с надеждой проговорил Вадим.

Ему казалось, что Зоя должна появиться с минуты на минуту.

– Я уже подходила к врачу, – Татьяна Васильевна забрала у сына рюкзак, – и все, что нужно, взяла. Кстати, Олег Борисович сказал, что тебе еще, как минимум, две недели нельзя будет ходить в школу.

– Мам, но ведь экзамены на носу, – возмутился парень. – Как же я буду их сдавать? И так почти месяц пропустил!

– Что-нибудь придумаем, – неопределенно ответила Татьяна Васильевна и погладила сына по голове. – Но если врач сказал сидеть дома – значит, надо сидеть.

– А университет? – резко дернув головой, Вадим увернулся от маминой руки. – Ты же знаешь, какой конкурс на психологию!

– Если не будет здоровья, никакая психология не понадобится, – мудро ответила мама и решительно шагнула к двери.

… Вадим и не думал никогда, что можно так соскучиться по дому. Казалось, он не был здесь целую вечность.

– Да, совсем забыла! – услышал он из кухни голос мамы. – Тебе сегодня какая-то девушка звонила.

– А она что, имя свое не назвала? – Вадим подошел к маме и уже потянулся было за печеньем, но мама звонко шлепнула его по руке:

– Не назвала! А ну-ка быстро в ванную! И мой как следует, с мылом!

– А какой у нее был голос, мам? – из ванной, стараясь перекричать шум льющейся из крана воды, выкрикнул Вадим.

– У кого? – не поняла мама.

– У девушки, которая мне сегодня звонила.

– Обычный, не знаю… – В голосе Татьяны Васильевны сквозило легкое удивление. – Приятный, вежливый, немного взволнованный, как мне показалось…

«Колесниченко. Точно она. Может, что-то случилось? А вдруг она сейчас в больнице, а меня там уже нет… А может, лучше сначала на городской позвонить? Чего это я вообще так разволновался? Подумаешь, какая-то Колесниченко позвонила. Ну, допустим, она хорошая девушка, допустим, добрая, очень даже добрая, какая-то нереально добрая, душа человек, и что теперь?» – сам себе удивлялся Вадик Фишкин, отыскивая в блокноте номер мобильного телефона Зои…

Но стоп! Потому что это уже совсем другая история…