— Я… — Больно щиплю себя за ногу, кусаю губу. Я больше никогда не заставлю ее волноваться. Никогда в жизни. — Я тебе обещаю, мамочка!

Ма смотрит на меня, кладет руки на плечи.

— Ну вот, теперь ты большой мальчик. Так что хватит рассказывать на каждом шагу всякие небылицы и вести себя, как придурок.

— Да, мамочка, я уже большой. — Я киваю. — И я теперь всегда буду хорошим. Вот увидишь. Ты будешь мною гордиться. Когда-нибудь я стану президентом Ирландии.

Хрясь!

— Ай, мамуль! За что!

— Хватит всякую хрень нести, Микки! Я тебе что сказала!

— Ладно, понял! — отвечаю.

Я буду очень, очень сильно стараться стать кем-нибудь другим.

— Ну а теперь давай, одевайся живо, а то на автобус опоздаешь, — говорит она. — На два, чтоб их, автобуса.

Я смотрю, как она уходит вниз.

Надеваю блейзер, глажу значок. Я буду учиться в Святом Малахии. Я сажусь на кровать, вдыхаю запах нового блейзера, трусь лицом о шершавую ткань.

— Да, — говорю я стюардессе. — Мне, пожалуйста, кока-колу. Большое спасибо. Да, я один.

Проверяю, застегнут ли ремень безопасности. В маленьком самолетном окошке видны белые облака — они расступаются, открывая Пещерную гору и знаменитый вид на Нос Наполеона. Наполеон оживает, поворачивает ко мне голову.

— Умница ты, Микки. Всего в конце концов добился.

Наполеон мне подмигивает.

— Кто ж подмигивает в воскресенье, Наполеон! — возмущаюсь я и с улыбкой подмигиваю тоже.

— Я уже привык путешествовать один, — говорю я, когда стюардесса приносит мне кока-колу со льдом — из стакана торчит маленький зонтик. — Я вообще одиночка. — Смеюсь. — Ну а на самом деле я из Белфаста, и вы, американцы, такие хорошие, что прислали денег для несчастных детей Заварухи вроде меня чтобы мы могли съездить к вам в гости. Вы очень добрые. Нет, не всем, только детям бойцов ИРА, у которых папы сидят в тюрьме. Такая была ужасная трагедия, но… мы, вы ж понимаете, совсем ничего про это не знали.

Выглядываю в иллюминатор. Наполеон снимает передо мной шляпу. Самолет поворачивает к солнцу. Бескрайнее слепящее золото. Я натягиваю маску на глаза и молюсь о том, чтобы испытать настоящий джетлаг.

КОНЕЦ

БЛАГОДАРНОСТИ

Я хотел бы поблагодарить П.-П. Хартнетта за то, что он опубликовал первый мой рассказ, который потом вырос в этот роман. Таню Хершман, Джона Фокса и Ванессу Гебби за то, что они его прочитали и одобрили. Ванессу еще и за советы на последней стадии. Лору Кенрайт и Холли Доусон за внимание к деталям. Табиту Пелли — за добросовестный подход к рекламе.

Моя особая благодарность Лу Кунцлер за советы и поддержку по ходу работы над многочисленными черновыми вариантами и Саре Батлер, которая опытным глазом прочитала окончательный вариант. Я многим обязан двум этим писательницам.

Я хочу поблагодарить за щедрость семью Лоусонов, Сэнди Эллис и Джона Стивенсона, а также «Нью райтинг саут» и «Литерати консалтенси» за финансирование критических отзывов и агентство поддержки литераторов «Спред зе ворд» за постоянное содействие.

Самое главное, хочу поблагодарить своего агента Кэрри Канья, а также Джен и Криса Гамильтон-Эмери из «Солт», которые поверили в этот роман.

А еще — мою семью за неизменную поддержку на протяжении многих лет.