Из осёдланных выбрал себе парочку наиболее смирных. На гнедую сел сам, на пегую посадил Рей и, как сумел, привязал-пристегнул её к лошадиной шее. Пегая, слава богу, не кочевряжилась и сбросить с себя «непонятного» седока не пыталась.

На улицу мы выехали через минуту и, не спеша, направились к восточным воротам. Я на своей кобылке двигался впереди, вторую, с «мешком» на спине, вёл в поводу.

Внимания на нас особо не обращали. Ну, едет мужик с товаром по каким-то своим делам и пусть себе едет. Главное, чтобы копытами чего-нибудь важного не потоптал и другим проходить по улицам не мешал, а остальное — фигня, дело житейское.

Момент истины наступил, когда впереди показались ворота.

Как и пару часов назад, когда проводил рекогносцировку, они были разделены на две неравные части. В левой (которая больше), предназначенной к въезду, орудовали не меньше десятка гвардейцев и четверо магов, облачённых в сине-зелёные (цвета Империи) балахоны. Снаружи к ним тянулась длинная (шагов на сто) очередь из желающих въехать: пешие, конные и тележные. Проверяли всех поголовно и тщательно, невзирая на пол, возраст и социальное положение.

В правой части ворот, на выезд, скучали лишь двое стражников (судя по одежде, из местных) и один чародей. Последний, впрочем, участия в проверках не принимал, а сидел в небольшой сторожке с открытой дверью. Мага я срисовал ещё в прошлый раз. Он тогда выходил из сторожки с весьма недовольным видом из-за того, что один из стражников вдруг начал ругаться с какой-то матроной на ослике. К слову, это был единственный эпизод, когда кого-то из выезжающих решили реально проверить. С остальными, как правило, процедура проверки заключалась в паре-другой простецких вопросов и ленивом взмахе рукой: мол, давай проезжай, не задерживай...

Натянув на физиономию классический покерфейс, я направил гнедую прямо к воротам.

— Что везём, уважаемый? — дежурно поинтересовался страж, когда я с ним поравнялся.

— Ткани, — пробурчал я, дёрнув щекой. — Хотел вот расторговаться, да половину обратно везу. Раньше со свистом всё улетало, а теперь не берут. Даже за полцены.

— Бывает, — пожал плечами второй охранник, видимо, старший по караулу. — Сам-то откуда?

— Из Ашкулука.

— Бывал там, — кивнул стражник. — Фонтаны у вас замечательные.

— Фонтаны у нас два года назад все срыли, — вспомнил я, что рассказывали про этот город Лика и Тур. — По личному указанию мессира Менония.

— Проезжай, — бросил мне караульный начальник и повернулся к следующему нацелившемуся на выезд. — Далеко ль собрались, уважаемый?..

За ворота мы выехали благополучно. Но окончательно я выдохнул лишь минут через двадцать, когда дорога свернула за холм и городские стены скрылись из вида.

Всё-таки наш противник сглупил. Магистр перехитрил сам себя, скрыв свои планы от всех и сделав ставку на то, что сможет взять меня в одиночку. К моему счастью и его невезению, я оказался гораздо сильнее, чем думалось. Но, что ещё важнее, убитый мной Лух вообще не подумал о плане «Б», на тот самый случай, если попавший в ловушку иммунный сумеет не только выбраться из ловушки, но и нейтрализует тех, кто его ловил.

Судя по удивительному спокойствию в городе и возле ворот, даже спустя полчаса после моего визита в сежешский магсовет никто не подозревал о том, что случилось. Стражники бдили, маги ждали приказов сверху, обычные горожане спокойно занимались собой и своими делами. Как будто и не было схватки в закрытом для большинства центре города, не было десятков трёх трупов, не было члена Конклава, распоротого, словно на скотобойне...

Перемудрил, одним словом, господин высший. Развёл, понимаешь, секретность и тайну там, где они никому не нужны.

С дороги в ближайший лесок я свернул ещё минут через двадцать, когда убедился, что ни сзади, ни спереди никого, и рассказать хоть кому-то, куда исчез неизвестный торговец с двумя лошадьми, никто не сумеет.

Удобная лесная прогалина отыскалась в парочке километров от тракта, среди настоящей чащобы. Скинув иллюзию, я осторожно снял Рейну с лошади и уложил под разлапистой елью. Опыта магического целительства у меня не было, если конечно не считать рунную запись «исцели себя сам», но энергии в ней почти не осталось.

Обследовать больную решил с помощью руны «познание».

Никогда этого раньше не делал в отношении Рей... Ну, если не учитывать лёгонькое касание в день, когда она обучала военным премудростям новобранцев. Но тогда я её, действительно, только коснулся и ничего больше. А после у меня даже мысли подобной не возникало. Особенно во время наших ночных забав. Ведь в те мгновения она и без всякой руны принадлежала мне целиком. Как, впрочем, и я ей.

Удивительно, но явных физических ран на её теле не обнаружилось. Зато, что касается ран «магических», то даже я увидел здесь настоящую катастрофу. Сила буквально рвала мою «богиню» на части. Потоки энергии хаотично метались по всему телу, сталкивались, расходились, сплетались в узлы, продирались друг через друга и через спонтанно поставленную организмом защиту... Огонёк жизни пульсировал в Рейне, то почти исчезая, то вдруг разгораясь едва ли не до размеров сверхновой.