***

В реальный мир я вернулась резким толчком, осознав себя сидящей на теплом камне. Глаза раскрылись, медленно фокусируясь на обеспокоенных лицах коллег. Из горла вырвался каркающий кашель.

— Ну, рассказывай, где побывала, — с видимым облегчением спросил Бенедикт.

— Я видела жизнь погибшего машиниста. Обрывки из нее. Он был очень хорошим человеком. Героем.

— Вот тебе и справедливость, — нахмурился Орхиус, — разве она существует в этом бренном мире?

— Тихо! — прервал речь призрака вампира Бен. — Что еще?

— Я видела, как его душа направилась туда, — указала в сторону противоположного коридора, — там был яркий свет. Какое-то устройство из человеческого мира.

— Да, ну? — неверующе произнес Даниил. — Проверим, коллеги? Никакого света по пути сюда я не заметил.

Оправиться после прогулки по прошлому погибшего машиниста получалось с трудом. Ноги казались ватными, дыхание до конца не восстановилось. Вообще, дар медиума, как оказалось, забирает много сил. У меня уже был опыт хождения по прошлому в виде воспоминаний убийцы или картинок из прошлого духа хранителя. Но соприкосновение с отрывками жизни погибшего выглядело и ощущалось несколько иначе. Неужели испытанный страх машиниста был насколько велик, что вызвал во мне такие видения? Могло ли мне показаться то, что Павел меня мог услышать, когда вступил за грань, сев в адский поезд? Вопросов было много. И я собиралась их задать Бенедикту после. Сейчас же мы направились по извилинам каменного коридора к месту, которое я четко проследила в своем видении. Чем ближе мы подходили к нему, тем, действительно, становилось светлее. Даниил неверующе осматривался, пытаясь понять причину этому. Через некоторое время он смог погасить пламя, полыхавшее на ладони. Толку от него уже не было. Пещера и так озарялась все ярче с каждым нашим шагом. Я бы это сравнила с искусственным освещением со встроенным интеллектом. Свет определенно реагировал на приближение живых.

— Ничего не понимаю, — растерянно пробормотал Даня, — как жители ада не заметили таких сильных всплесков светлой энергии?

— Возможно, дело в том, что артефакт реагирует только на людей со светлой душой, — предположил Бенедикт, — он реагирует на Амалию.

— Появление чистой энергии в аду может привести к разрушительным последствиям, — Даниил согласился с мнением детектива, но удручало его другое.

— Попахивает заговором, — добавил Орхиус, как спец по заговорам, из-за чего коллеги заинтересованно на него посмотрели, — вы ведь помните историю с эльфом, в чье сердце внедрили артефакт хрустального цветка? Его еще светлый маг долгосрочным сном одарил…Там были замешаны Миротворцы. Так, может быть, и тут они постарались?

— Договаривай, — поморщился Бенедикт, — Орхиус! Как мы могли это забыть?!

— Я лишь рассуждаю. Пока без оснований, — неприкаянный призрак примирительно улыбнулся, явив вампирский оскал, — просто возникло несколько вопросов. Кто пронес в адское царство светлый артефакт? Знал ли он, что тем самым заложил кирпичик разрушения в основание сего царства? Как он это сделал? Ведь если подумать, разве можно незаметно так пронести такой сильнейший артефакт, если он фонит направо и налево?

— Кто-то из адского царства в таком случае должен был сговориться со светлым, — обескураженно закончил мысль вампира Даня.

— Мы почти пришли, — заметила я, прервав дискуссию по поводу заговора.

Адская пещера, озарившись холодным свечением, заиграла другими красками. Здесь не было искусственно выеденных рельефов. Видимо, мелкая нечисть опасалась тут строить ходы. Зато каменные стены с ослепительно мерцающими камнями разбавились геликтитами, растущими кристаллическими пучками. Они отливали перламутрово-рубиновыми отсветами. Огромный проход в следующую пещерную залу имел аркообразную форму, а его края сверху плотно устилались бахромой из сталактитов разной величины. Сталактиты казались светло-алыми, а местами розовыми, благодаря тому, что в той зале находился яркий источник света. Пройдя через арку, мы оказались каменной площадке, напоминающей небольшой мост, который с двух сторон омывался бурлящей водой. На противоположной стороне был оставлен старинный на вид предмет, напоминающий фонарь. Деревянный куб с большой воронкой, обращенной вверх, источал ослепительно белую энергию. Чем ближе мы подходили, тем ярче светил кругляш фонаря.

Притрагиваться к старинному предмету никто не сподобился. Зато ничто не мешало его рассмотреть.

— Тут ручка, — заметил Орхиус, — какой-то старый фонарь. Кажется, такие были в двадцатом веке.

— Почему он до сих пор горит? — поинтересовалась я. — Думаю, он должен работать от батареи, и светить гораздо тусклее современных.

— В том-то и суть, — Бенедикт выглядел несколько воодушевленным, — эта штуковина подпитывается от светлой энергии, синтезируемой кристаллом. Думаю, этот фонарь оставил здесь кто-то из людей, по иронии судьбы оказавшихся на станции Алчных душегубов. Наш машинист попал сюда далеко не первым.

— Думаешь? — хмуро спросил Даниил. — Нужно его изъять из царства. Кто знает, не он ли причина тому, что адский поезд то и дело подвозит сюда чистые души.

— Причина точно не в нем, — покачал головой детектив, — он лишь следствие влияния настоящего артефакта. Скорее всего, он находится поблизости. Поэтому фонарь светит так ярко, реагируя на появление Амалии.

— Как найти кристалл? — я приблизилась к фонарю, не приметив рядом каких-либо артефактов.

Благодаря ярко освещенной зале пещеры можно было рассмотреть различия в россыпи кристаллов, вкрапленных в каменные стены. Тут они отличались не только по цвету. В них не было заключенных душ алчных грешников. Это просто пещерные образования. Смело коснулась шершавой поверхности камня. Место контакта сначала запечатлелось светящимся следом моей ладони, а затем разрослось серебристой паутиной. Паутина полностью заполонила залу яркими нитевидными всполохами, расходясь тоненькими линиями по системе проходов адской пещеры. Руку я убрала, и нити погасли.

— Бездна меня раздери, — оторопело выдал Даниил, — этот кристалл отравил огромный кусок адского царства и продолжает его разрушать дальше.

— А еще артефакт впитался в стены, и его не достать, — заключил Бенедикт, — это точно неспроста. Орхиус прав.

— Если адское царство разрушится, то отвечать за грешки мне не придется, — улыбнулся довольно Орхиус.

— Если адское царство разрушится, куда ты денешь сотни злых духов? — парировал Даниил.

— Фонарь нужно забрать с собой, — добавил Бенедикт, — в нем чистые души и он фонит силой артефакта, а значит, вполне подойдет для раскрытия сути письма.