– У меня хватает! – ответил Чемодан. – У меня базовое уже есть. И теперь на продвинутое набрал.

«А почему я ещё новые баллы не получил?» – обиженно подумал я.

– Потому что ты их тратишь сразу же! – отрезал СИПИН. – А они могут на Алтаре Вознаграждения пригодиться!

– Это поклёп! Обещаю не тратить! – мысленно возопил я. – Дай почувствовать себя богатым человеком, бездушная машина!

– Богатый – это один парень на востоке, который сегодня репликационную медицинскую капсулу купил! – отрезал СИПИН. – А ты даже с тем, что набралось, остаёшься нищебродом.

– Парень наверняка азиат! Они же повернуты на прокачке! – возмутился я.

– Да? А у ваших азиатов чёрная кожа бывает? – уточнил СИПИН.

– Эм… Ошибочка вышла, – я чуть руками не развёл. – Значит, это повёрнутый на прокачке негр! Трудолюбивый и упёртый молодец!

– Он вырезал две группы колонистов, чтобы подчинить третью, – СИПИН явно продолжал надо мной издеваться. – Вы, люди, точно так себе представляете трудолюбие?

– Эй, не надо ставить мне в пример жестокого кровавого негра-азиата! Дай мне баллы, бессердечный кибернетический организм! Я должен чувствовать свою значимость! Чтобы был стимул стремиться к большему! – не сдавался я.

– Я подумаю… – как обычно, СИПИН закончил разговор тогда, когда хотел, даже не спрашивая чужого мнения.

– Ещё кто-то накопил? – продолжал допытываться между тем Сочинец, но ответом ему была лишь печальная тишина. – Ясно… У нас три капсулы с отоплением и тринадцать человек…

– А можно… Можно четырнадцать? – тихий голос со стороны капсул заставил всех посмотреть в ту сторону.

На ветру стояла дрожащая девушка, надевшая всё, что только могла. Худая, невысокая, с облаком растрёпанных каштановых волос на голове. В руке она сжимала коробку дневного рациона питания. Её-то она и продемонстрировала нам всем:

– Я могу заплатить…

В силу непонятных лично для меня причин (если не учитывать, что я грубый и невоспитанный тип, да и вожусь с военными, которые всегда немного особняком) в нашу группу почему-то почти не шли новые мужчины.

С другой стороны… Из «свободных» мужчин, не примкнувших ни к одной группировке, остались двое: хмурый тип, к которому подходить страшно, и какой-то Нытик. К ним никто даже не пытался прибиться, и они никуда особо не рвались. А вот новые девушки продолжали приходить именно к нам, не желая идти под руку к Тузу и Роману.

И чего я удивляюсь?

– Платить не надо, – покачал головой Сочинец, посмотрев на меня и получив в ответ пожатие плечами. – Можно и четырнадцать…

– А пятнадцать? – голос у девушки чуть не дрожал. – Нас двое просто… Но Лиза стеснительная.

Из-за ближайшей капсулы вышло что-то такое же по размерам и упакованности. Отличался только цвет взъерошенного облачка на голове. На этот раз был русый.

– Хых… Других стеснительных там нет? – уточнил Дунай. – Ты уж сразу всех выводи! Может, там брюнетка ещё и девушка-альбинос?

– Нет… – едва слышным голосом ответило каштановое недоразумение. – Только мы…

– Значит, пять человек на капсулу… – вздохнул Сочинец. – Давайте к костру, грейтесь. Только учтите: скоро всем придётся тяжести носить.

– Ага, – согласилось недоразумение с уверенным видом.

К сожалению, рост и комплекция «недоразумения» подсказывали, что единственная тяжесть, которую она способная вынести – это она сама. Как, впрочем, и её подружка.

Нет, Сочинец – всё-таки добрый человек. Я бы, наверное, посмотрел на это… И поступил бы согласно «первому правилу успешного и живого колониста». Причём бежал бы я, постоянно оглядываясь через плечо – чтобы убедиться, что за мной не гонятся.

А то ведь догонят и заставят о себе заботиться, глядя снизу вверх большими грустными глазами. И ведь тогда уже не откажешься: у нормальных мужиков, к которым я себя гордо относил, на подкорку вбито, что слабых и беззащитных надо опекать.

И вообще… У нас и так девушек больше, чем мужиков, так Сочинец ещё на двух соглашается. Нет, я понимаю: они мелкие, много не сожрут, места не займут, но как мы это всё тащить-то на своём метафизическом горбу собрались? Мы ведь уже становимся группой, да? А иначе…

Первое правило мне в помощь!

Со временем, конечно, вся эта орава перестанет быть бесполезной. Но до этого самого времени нам ещё надо дожить. И как доживать-то, если нас, мужчин, всего пять с половиной (Прокачун пока себя никак не проявил), а женщин вдвое больше?

Вопрос…

– Вано, ты меня слушаешь? Или в астрал ушёл? – беззлобный окрик Сочинца заставил меня отбросить ненужные мысли.

– А? Да, в астрале был! – немедленно согласился я.

– Шкуру надо в тепло! И часть деревяшки я бы к тебе в капсулу закинул! – повторил военный.