Лиокс пожал плечами: открытый и плавный жест человека, который совершенно спокоен и умеет успокаивать других:

– Фигура речи. Но у вас не может быть ни малейшего повода возражать против этого спайса.

Выгнутая дугой бровь Орлы по-прежнему демонстрировала крайний скепсис:

– Ни малейшего, вот как?

Тогда Лиокс выложил свой лучший козырь:

– Он медицинский.

– Ах, во-о-о-о-от оно что. – Она вздохнула: – Сейчас мы ничего не можем с этим поделать. И, думаю, ты слишком умен, чтобы прямо врать насчет его легальности… по крайней мере, в каком-то самом ограниченном смысле это возможно. Так что, думаю, придется эту тему замять.

– Да, а еще я единственный пилот, который согласен отвезти вас в место с робосадовниками-убийцами, ядовитыми лианами, симпатичными дамочками, которые на поверку оказываются нигильскими воинами, и неким таинственным элементом темной стороны, который вы своими руками выпустили на волю.

После долгой паузы она признала:

– Тоже верно.

Прямой перелет до амаксинской станции оказался намного короче, чем когда они добирались туда аварийно. Не прошло и часа, как Аффи объявила:

– Всем пристегнуться. Скоро выходим из гипера.

Рит пристегнулся. С тех пор как мастер Комак пришел к нему в архивы, он был на взводе – новая цель переполняла его энергией. Однако следовало сконцентрироваться. Чтобы противостоять Нэн и Хейгу, требовался полный самоконтроль.

«Это опасные воины, – сказал себе юноша. – Вероятно, у них есть оружие, о котором ты вообще не слышал. Нужно быть готовым».

Все так, но когда он думал о Нэн и Хейге, то все еще видел перед собой милую девушку с округлым личиком и блестящими темными волосами и старика, ходившего с палочкой.

Их история могла быть более сложной. Что, если они просто попали под власть нигилов и служат этой группировке против воли? Из инструктажей Рит знал, что нигилы, бывало, угрожали планетарным властям, заставляя не замечать грабежей или платить им колоссальные выкупы. Если нигилы способны запугать правительство целой планеты, то что им стоило заставить двух беззащитных индивидуумов исполнять их волю?

«Возможно, мы прилетели их арестовать, – осознал Рит. – А возможно, чтобы освободить».

– Выходим из гиперпространства через пять секунд! – крикнул Лиокс, перекрывая скрип вибрирующей «Посудины». – Четыре! Три!

Рит ухватился за свои противоперегрузочные ремни, остальные джедаи тоже.

– Два! И… один!

«Посудина» вздрогнула, потом легла на ровный курс нормального полета. Все джедаи облегченно выдохнули. Комак Вайтес криво усмехнулся:

– Легкая часть позади.

– Не то слово, – отозвался с мостика Лиокс.

Остальные переглянулись, и Рит спросил первым:

– В каком смысле?

– В таком, – ответил Лиокс, – что на обратной стороне станции торчит целая туча нигилов, и у них достаточно пушек, чтобы превратить нас в звездную пыль.

Аффи раньше слыхала о нигилах. Видела голоснимки и экранные изображения их кораблей, атак с применением отравляющего газа и жуткого разгрома, который они оставляли после себя. Их жертвами становились и корабли гильдии – не многие, но этого хватило, чтобы осознать масштаб убийств.

Но увидеть воочию один из их громадных боевых кораблей – к такому ужасу Аффи оказалась не готова.

Подобно суденышку Нэн и Хейга, он представлял собой мешанину частей и деталей других кораблей; казалось, кто-то люто сбил в кучу разнородные металлы, формы и стили. Но корабль нигилов не просто был больше «Посудины», он был бесконечно опаснее. Его корпус щетинился стволами орудий, которые торчали из всех щелей и под всевозможными углами. К такому кораблю не подступишься, не одолеть его и в перестрелке. А если учесть, что он мог разделиться на части и внезапно окружить их…

Аффи не хотелось больше думать об этом.

Лиокс отреагировал мгновенно, вдавив кнопку, которая переводила двигатели на минимум и отключала все некритичные системы. Погасли даже ходовые огни. Внутри «Посудины» стало темно как при свечах.

– Они все равно нас заметят, – сказала Аффи. Ее руки, казалось, примерзли к панели.

– Но не сразу, а мы успеем проделать вот это.

Минимальным импульсом Лиокс сместил курс вниз и в сторону – так, что они оказались позади какого-то космического булыжника – астероида столь крохотных размеров, что он был лишь немногим больше «Посудины».