Шрифт:
Девочки уже прошли было мимо безногого десантника. Но Лу не выдержала. Она извлекла из кошелька мятую десятку и подбежала к инвалиду. Опуская купюру в берет, она почему-то не решилась посмотреть ему в лицо. И, только отойдя на несколько шагов, подняла голову. Теперь она увидела парня в профиль, с той стороны, где не было шрама. Она тут же узнала его. Это был Костя.
– Ну не могло мне показаться! Не могло! – в сотый раз повторяла Лу. Они с Люсей снова сидели за столом на уютной Черепашкиной кухне. – Это точно был он! Или, по крайней мере, его брат-близнец…
– Лу, успокойся, прошу тебя! – испуганно упрашивала Черепашка. Она видела, что подругу бьет нервный озноб и что она на грани настоящего нервного срыва.
Час назад Черепашка еле оттащила Лу от того перекрестка в парке, где молодой инвалид пел песни о войне. По правде сказать, у Люси было ощущение, что ее подруга слегка спятила. Всю дорогу до дома она тряслась, словно в лихорадке, и все повторяла: «Это был Костя… Это был Костя…»
Порывшись в аптечке, Черепашка нашла валокардин, накапала в стакан, плеснула чуть-чуть воды:
– На вот, выпей…
Лу послушно проглотила пахнущую больницей жидкость. Потом, по требованию Черепашки, выпила горячего чаю. Все эти меры оказались кстати: Лу немного успокоилась. Заметив это, Черепашка сказала, стараясь произносить слова как можно более убедительным тоном – так разговаривают иногда с маленькими детьми:
– Лу, ну ты же умная девочка! Ну, подумай сама: как этот одноногий парень может быть Костей? Вспомни, разве Костя – инвалид?
– Нет… – покорно ответила Лу.
– А шрам на лице у Кости был? – продолжала четко гнуть свою линию Черепашка.
– Не было никакого шрама… – ответила несчастная Лу и вдруг вскинулась: – Люсь, ну ты что, думаешь, у меня совсем крышу снесло? Я же прекрасно понимаю, что это парень не может быть Костей! Но ведь он так похож, просто жуть какая-то! Как сон кошмарный!
– Совпадение! – тут же нашлась Черепашка. – Простое совпадение! Помнишь, я тебе рассказывала, у нас на студии в одном клипе двойник Ельцина снимался – так его даже вблизи не отличить! И тут то же самое! Понимаешь?
– Понимаю… – вздохнула Лу. – Но мне от этого не легче…
Лу в тот день рано легла спать – она чувствовала себя совершенно разбитой. А когда она заснула, ей приснился жуткий сон.
Ей снилось, что она идет по какому-то странному вымершему городу. Сияло солнце, но на ярко освещенных улицах не было ни души. «Где же все люди?» – думала во сне Лу. Она заходила в распахнутые двери кафе и магазинов. Там, внутри, все было как обычно, но только не было ни продавцов, ни посетителей. А вот и знакомый суши-бар. Лу распахнула стеклянную дверь. Внутри царил полумрак. За столиком – их с Костей столиком – спиной к Лу сидел парень в камуфляжной форме. Рядом стояли прислоненные к стене костыли. «Это Костя!» – без тени сомнения решила Лу. И позвала: «Костя!»
Парень обернулся, и Лу увидела ухмыляющееся лицо Артема, одного из тех подонков, от которых в день их знакомства ее спас Костя.
«Красавица, выпить хочешь? – глумливо спросил мерзкий тип, протягивая ей бутылку с пивом. – С тебя пятьдесят штук баксов!»
И тут Лу поняла, что это вовсе не Артем, а Витек. Продолжая глумливо хихикать, Витек встал. Опираясь на костыли, он приближался к Лу – очень медленно, но неотвратимо. В руке Витька вместо пивной бутылки теперь был зажат берет десантника. Протягивая его перед собой, Витек зловеще бубнил, как бы прося подаяние: «Пятьдесят штук! Пятьдесят штук…»
Лу проснулась в испарине. В окно светило солнце. А в голове еще звучал противный голос Витька…
5
Холодный душ помог Лу прийти в себя. Смывая с тела липкие остатки кошмара, Лу думала о Косте. У нее вдруг возникло предчувствие, что сегодня он непременно объявится.
Когда Лу, обернув мокрые волосы полотенцем, вышла из ванной, мама уже встала.
– Доброе утро, мамочка! – Лу приятно было увидеть доброе мамино лицо. Они так редко виделись, ведь по будням мама пропадала с утра до позднего вечера на работе, а по выходным дела вне дома всегда находились у Лу…
– Ты, Лизка, чего так рано вскочила? – Мама чмокнула дочь в лоб. – Тебе в школу-то только через два часа!
Мама часто так называла Лу – Лизкой. На том, чтобы назвать девочку именно Луизой, в свое время настоял отец. Мама хотела дать дочери какое-нибудь менее экзотичное имя, но гордый красавец Мухамед Геранмае и слышать об этом не хотел. И мама, тогда еще молоденькая студентка, сдалась. Черноглазую симпатичную девчушку назвали Луизой. Через пару лет родители разошлись. Папа уехал на родину, а его дочка, маленькая Луиза, осталась с мамой в Москве…