Даже если это было ложью, неприятные слова достигли своей цели, заставив меня усомниться в собственных друзьях. Но виду я не подал и понадеялся на то, что Лена сейчас не копошится в моих мозгах.

— Ой, ну бросьте, уже и пошутить нельзя! — довольно проскрипел Алексей. — Уж нельзя старику, обиженному, между прочим, старику, немного пошутить.

— Мы уже поняли твое недовольство, — прокомментировал Тони. — Но не в твоем возрасте уже девок мацать.

— В моем, в моем, — снова расплылся в гаденькой улыбке Алексей и даже поерзал немного на своем низеньком стульчике, а потом встал, расправил мешковатую одежду, обратив особое внимание на собственный пах, и подошел поближе к нам. — В моем возрасте уже опасно соваться в те приключения, которые вы поставили себе целью. Верно ли я понял, что кое-кто из вашей конторы всерьез решил, что может быть богом, просто стащив несколько душ из вашего хранилища?

— Мы не очень понимаем, для чего это было сделано, на самом деле, — ответил Тони, внимательно наблюдая за тем, как старик очень живо для своего возраста бродит вокруг каждого из нас, причем не задевая, несмотря на слепоту. — Но количество значительно.

— Значительно, хм… хм… — Алексей поскреб подбородок. — Моя выгода с этого?

Вот и пошли торги, подумал я про себя, переглянувшись с Леной. Сейчас окажется, что мы не только не найдем идеального пути для решения наших проблем, но еще и влезем в огроменные долги. Сомневаюсь, что у старика с его возрастом мало связей, чтобы разобраться с нами.

— Счет похищенных душ идет на тысячи, — пока Тони говорил, никто из на не встревал в беседу. — В том и проблема — все они сейчас находятся внутри одного человека. И я не знаю, насколько все стабильно. Быть может, ее даже в живых нет.

— М-м-м, так это женщина?? — с непонятным мне восхищением проговорил дряхлец. — Интересно получается. Хороший противник — хитрый и сильный, но если она не была подготовлена к поглощению, то, скорее всего, она уже мертва. Но ни вы, ни я не можем быть сейчас полностью уверены в том, что она погибла, оболочка ее разорвана, а ее собственная душа носится где-либо, — пропел он, пустив руки к сводчатому потолку какой-то непонятной волной, — вместе с остальными, вырвавшимися на волю. И что на этот счет думаешь ты? — Алексей внезапно повернулся ко мне, оказавшись буквально нос к носу. Разве рост не позволял ему этого сделать — лицо его почти упиралось мне в грудь. — Ведь ты играешь главную роль в этом небольшом и пока еще очень плохо срежиссированном спектакле.

— Я ничего не думаю, — отрезал я. — Меня вырвали из сна пару часов назад, навесили обратно кучу проблем, от которых, как я думал, мне удалось избавиться много недель тому назад. Поэтому, если Вику на самом деле разорвали души, за счет их огромного количества, я буду не против. Не люблю предателей.

— Каждый из нас в чем-то предатель. Хотя бы раз в жизни, — глубокомысленно изрек Лазарь. — Алексей знает об этом лучше всех.

— Как и ты, — проскрипел старец и почесал лысеющую голову. — Плохо! Очень плохо, что ты ничего не думаешь. Значит, ты не готов к дальнейшим действиям. Значит, вы зря пришли сюда… — он замолчал, а остальные не произнесли ни слова до тех пор, пока до меня не дошло, что все они ждут ответной реплики именно от меня:

— А с чего ты вообще решил, что я не могу быть готовым?

— С того, что у тебя даже сил толком нет. А силы у тебя не появятся до тех пор, пока вы не сойдетесь в цене.

— То есть, стандартная такса тебя уже не устраивает? — вдруг спросил Тони.

— Если ты думаешь, что такая информация, столь нужная вам, вдруг стоит дешево — а пятьдесят душ для меня сущий пустяк, как и в целом для людей нашего с вами уровня, — то ты ошибаешься. Поэтому я поступлю максимально честно, а потом, когда мы с договоримся и ударим по рукам, я расскажу все, что знаю. Назовите вашу цену, а потом уже я назову свою.

— Цену же по-прежнему измеряем в душах? — уточнил я.

— Конечно. Но раз порядки выросли, то выросли порядки и в оплате. Сколько именно душ сейчас может быть в вашем предателе? Около десяти тысяч?

— Полагаю, да, — согласился с оценкой Тони.

— Тогда для победы вам потребуется минимум вполовину больше. Это уже первый и бесплатный совет.

— Тогда наша цена — пятьсот душ, — с легким волнением произнес я. Торговаться у меня не получалось никогда, поэтому я запросто умножил на десять изначальную цену. И тут же у старика брови сложились домиком, словно он собирался меня пожалеть:

— Я так рад… очень рад, что ты не занимаешься торговлей, Рома, — и без промашки морщинистая рука в пигментных пятнах приложилась к моему плечу. — Но вы сделали предложение, а теперь и я скажу: двадцать процентов. Это нормальная цена для посредника. Я бы запросил больше, но у вас такая дружная компания. Двадцать! Всего лишь.

— Много, — запротестовал Тони.

— Нормальная цена, — вдруг согласился Лазарь и тут же поймал недоуменный взгляд работника Корпорации:

— Это дохуя!

— На самом деле я вам могу подсказать. Это будет еще один бесплатный совет от меня: схема многоразовая. Не факт, что вы справитесь, но я уверен — прибыли будет куда больше.

— То есть, ты хочешь сказать, что за две тысячи душ ты поможешь нам разобраться с Викой и устранить угрозу от Корпорации? — уточнил я.

— Именно так, с одной небольшой поправкой. С чего ты решил, что мне нужно две тысячи душ, когда я говорил про двадцать процентов. Это пятая часть, если ты вдруг разучился считать. А если у тебя совсем плохо с арифметикой, то могу тебе подсказать, разложить, так сказать, по полочкам.