– Ну с Верой ты сама разбирайся. – Туся слегка надула губки. Она не одобряла дружбы втроем и зорко следила, чтобы на ее территорию никто не посягал. – А вот насчет Дмитриевой, – Туся лукаво усмехнулась, – это, знаешь ли, секрет Полишинеля. К Егору Тарасову она в гости ходила. Он как раз возле универсама живет.

– Не может быть! – изумилась Лиза, забыв о кофе.

– Еще как может! Мы с Толиком их недавно на Арбате застукали. Идут, разговаривают, оба довольные такие, словно приз ценный выиграли. А он ее еще и обнимает.

Лиза улыбнулась.

– Чего ты улыбаешься? Ты что, забыла, кто такой Тарасов? Он же известный сердцеед.

– А может, он изменился… Все в жизни течет, все изменяется… И потом, может, у них не любовь вовсе, может, они просто… дружат.

– Да? – Туся прищурила глаз. – А обнимать тогда зачем?

– Ну, может, ей холодно было, – нашла объяснение Лиза.

– Не верю я в платоническую дружбу между парнем и девчонкой, – скептически заметила Туся.

– А я верю.

«Егор сейчас в Коктебеле. Везет же! – размышляла Ира Дмитриева, не спеша возвращаясь домой из школы. – Что-то давно он не звонил! Наверное, санаторные процедуры замучили».

Незаметно Ирины мысли от Тарасова перескочили на ее собственные проблемы. «Алла Генриховна задала городской пейзаж, а я так и не выбралась на этюды. Может, отправиться в выходные на ту самую улочку на набережной Яузы? Помнится, Илья говорил…» – Ира грустно улыбнулась своим воспоминаниям. Сейчас, когда все прошло, она испытывала к Илье только благодарность и симпатию.

Впрочем, как вы понимаете, это уже совсем другая история.