— Бл*дь, — снова бормотал он.

Когда он поднял голову, они оба задыхались, и она снова пыталась прочесть выражение его лица, хотя и сопротивлялась этому желанию, почти злясь на себя.

— У меня всё болит, — сказал он ей.

— Это никогда не будет чем-то большим, чем секс, — сказала она ему.

Кэл ненадолго замер, не сводя глаз с её лица.

Часть его неприкрытой искренности испарилась, пока она смотрел на него.

Затем он кивнул, сжав челюсти.

— Как пожелаешь, Светоносная, — сказал он ей.

Прежде чем она успела ответить, он снова схватил её за бёдра.

Он перевернул её на живот и придавил своим телом, поглаживая рукой её поясницу, затем помедлил, чтобы взглянуть на неё.

— Хорошо, — сказал он ей. — Я готов начать заново.

Прежде чем она успела ответить, он скользнул в неё своими пальцами, и у неё вырвался стон.

— Я серьёзно, — она закрыла глаза, стиснув зубы. — Я серьёзно…

— Я знаю, любовь моя, — произнёс он снова ласковым говором.

Однако теперь она услышала это.

Она услышала более жёсткие нотки в его словах, а затем увидела ухмылку, снова заигравшую на идеальных губах.

— Подойди сюда, — сказал он.

Как и на протяжении большей части предыдущей ночи, это не было просьбой.

Это даже не было вопросом, и он этого вовсе не скрывал.

Алексис отвела взгляд от окна, через которое смотрела на английскую сельскую местность… и снова вспомнила, что это не было английской территорией, и это совсем не Англия, и всё это ей лишь напоминало ту Англию на Земле.

Она до сих пор не знала ни местных названий, ни того, какая часть всего этого принадлежала Кэлу.

Увидев выражение его лица, она оглядела шикарный вагон поезда, замечая, как все его люди, которые ехали вместе с ними, включая Боргена — а может, в особенности Боргена — заняты тем, что притворялись, будто не слышали слов Короля Странников, не говоря уже о подтексте. Она сопротивлялась извращённому желанию посмеяться над ними или подшутить.

— Светоносная? — произнёс он немного более жёстким голосом.

Она снова посмотрела на Кэла.

До этого момента она не осознавала, что разглядывала Боргена.

Она смотрела на крупного Странника с широкой грудной клеткой и длинными чёрными волосами, и пыталась решить, какой язвительный комментарий она могла бы выкинуть.

Теперь, переводя взгляд между Странником и его другом детства, она заметила в его глазах более холодный взгляд. У неё промелькнула мысль, что он и правда выглядел так, будто ревновал.

Эта мысль оказалась гораздо смешнее первой.

— И всё же я не смеюсь, — сказал Странник. — Ты собираешься подойти ко мне? Потому что если я сам притащу тебя сюда, мне придётся снять с тебя штаны и отшлёпать на глазах у всех… включая моего друга Боргена.

Несколько взглядов метнулись в их сторону. Присутствующие широко раскрыли глаза, затем поспешно отвернулись.

Алексис была почти уверена, что заметила каждого из них.

Она снова посмотрела на Короля Странников.

— Я абсолютно уверен, что им это понравится, — добавил он, и цвет его глаз переменился на холодный оттенок серого. — Иди сюда, моя маленькая игрушка для секса, или я устрою для всех шоу. А потом заставлю тебя отсосать мне.

Она раздражённо выдохнула, но поднялась на ноги.

Она напомнила себе, что на ней всё ещё был ошейник.

Не было никакого смысла в глупых баталиях с ним.

Лучше она прибережёт силы для более умных ходов.

Через несколько секунд она пересекла почти весь вагон и встала перед ним, скрестив руки.

Сам поезд двигался плавно, словно парусник на зеркальном пруду.

Алексис никогда прежде не бывала в таком тихом или таком быстро несущемся поезде.

Когда они только тронулись в путь, она даже задавалась вопросом, был ли это вообще поезд, но Странник заверил её, что так и есть, и что поезд работал на какой-то системе из магнитов и магических полей.

Алексис всё ещё всматривалась в его лицо, оглядывала его в белом костюме, когда цвет его волос начал постепенно изменяться. Из тёмно-каштанового с золотистыми проблесками, он превратился в чёрный, того же оттенка вороного крыла, что и у Боргена.

— Ты предпочитаешь такое? — спросил он её.

Она наклонила голову, поджав губы, и сделала вид, будто всерьёз обдумывает его вопрос. Сейчас его глаза стали пронзительного фиолетового цвета, который на свету казался почти серебристым.

— Так твои глаза выглядят ещё более драматично, — сообщила она ему после паузы. — И твои скулы выглядят выше.