Улыбка отразилась в его глазах, когда он добавил:

— …И я не могу передать словами, как обнадёживает то, что мне не приходится объяснять тебе каждую деталь и каждый вывод, моя дорогая. Это экономит так много времени. Кроме того, весьма приятно работать с кем-то, кто вместе со мной может составлять стратегию в этих вопросах.

Алексис уставилась на него, и это всё скорее сбивало с толку, чем успокаивало.

Продолжая улыбаться, Кэл положил руки на подлокотники каменного кресла и наклонился вперед.

В его глазах снова появился этот хитрый взгляд, пока он оценивал выражение её лица.

— Итак? — произнёс он. — Тогда приступим?

Алексис уставилась на него.

— Приступим к чему?

— Займёмся сексом, — просто ответил он. — В конце концов, мы должны убедить их, что я склоняю тебя к моему образу мыслей. Я подумал, мы можем начать с того, что включим наблюдение обратно и потрахаемся несколько часов.

Более жёсткая улыбка коснулась его губ, когда Кэл окинул её взглядом.

— В любом случае, — добавил он. — Я бы солгал, если сказал, что не думал об этом уже несколько часов. Воистину, с тех самых пор, как увидел тебя в этом платье.

Снова повисла тишина.

В этой тишине Алексис только сверлила его взглядом.

Несколько секунд она искренне сомневалась, стоит ли ей сейчас засмеяться…

…Или вмазать ему прямо по лицу.

***

Всё же он был настроен серьёзно.

Она начала понимать, что Кэл редко шутил, когда дело доходило до секса.

— Ты не хочешь этого? — нахмурился он. — Я думал, ты, возможно, захочешь.

— Ты даже не ответил мне на вопрос о «замужестве», — огрызнулась Алексис. — Твои «люди», кажется, думают, что я теперь я твоя жена…

— Им могли сообщить и вещи похуже, — произнёс он, приподняв бровь. — Какая разница, как мы это назовём?

— Я всё ещё понятия не имею, какую конечную цель ты преследуешь со мной, — сказала Алексис, хмуро глядя на него в ответ. — Очевидно, тебе нужна моя помощь, чтобы вернуть своё королевство. Но я не понимаю, как захват портала в моём мире может этому поспособствовать…

— Светоносная… — начал он.

— Более того, ты намекнул, что каким-то образом мой разум соединён с твоим. Ты это никак не объяснил. Перед тем, как мы вошли в портал, ты сказал мне, что я либо переметнусь, либо ты сам убьёшь меня…

Кэл резко поднялся на ноги.

Алексис замолчала, хотя его движение не было похоже на угрозу.

Он хмуро посмотрел на неё сверху вниз, уперев руки в бёдра, но всё, что она видела на его лице, говорило скорее о нерешительности, чем о каких-то эмоциях. Она поняла, что он пытается решить, что ей сказать.

Алексис сомневалась, что он пытался решить, сказать ли ей правду.

Ей показалось, что скорее всего, он выбирал между разными вариантами лжи.

— Светоносная… — сердито произнёс он.

— Ты сказал им, что обратишь меня, — сказала она. — Ты сказал, что убьёшь меня, если я этого не сделаю.

— Да, — просто ответил он. — Я так сказал.

— Они тоже так думают? Иные?

— Да.

— И ты планируешь сделать это?

Он посмотрел на неё более сурово.

— Если выбор будет между твоей жизнью и моим народом? Да.

Она сжала челюсти.

— Хочешь сказать, что ты не сделала бы того же? — резко возразил он. — Что ты не дала бы мне умереть? Даже ради этого приручённого волчонка? — его рот скривился в отвращении. — Я несу ответственность за целый мир, Светоносная. Я не могу позволить себе роскошь предаваться сентиментальности из-за судьбы одного разумного существа… каким бы миленьким оно ни было.

Когда она открыла рот, чтобы ответить, Кэл перебил её.

Раздался его королевский голос, тот самый, который казался ей самым реальным среди всей этой чуши с различными масками и личностями.

— Я пожертвовал людьми ради этого… ради этого дела, — сказал он ей, и взгляд его золотистых глаз был жёстким, словно метал. — Я уже это сделал, Светоносная. Людьми, которые много значили для меня. Людьми, которых я любил. Людьми, которые преданно сражались со мной сотни лет…

Алексис открыла рот и снова закрыла.

Он смотрел на неё глазами цвета расплавленного золота, стискивая зубы.

— …Почему ты думаешь, что я, увидев, как эти «Иные» уничтожают людей, за которых я бы умер, которые были моей кровью, пожертвую целым миром ради женщины, которую едва знаю? Ты действительно думаешь, что я бы этого не сделал, если бы это было верным путём для моего народа? Только из-за ностальгии по твоей расе? По совершенно не знакомому мне человеку? Ты не можешь быть такой наивной. Более того, ты ничем не отличаешься, Алексис Пул. Просто твоя верность нацелена на меньшее…