В классе разбрелись по своим местам и притихли в ожидании, что скажет Чапаев. Он помедлил, расправил пышные усы. Затем сказал решительно:

— Раз учительницы нет, учить буду я! — посмотрел на плясуна с облупленным носом, усмехнулся: — Может, ты и мне споешь «теле-лень», чтоб хворал я каждый день?

В ответ зашумел весь класс:

— Вам нельзя хворать.

— Вы дивизией командуете!

— Вы белых рубите!

Чапаевские усы дрогнули в усмешке:

— Так-так… Значит, Чапаю болеть не разрешается. А знаете ли вы, что учитель в классе — то же, что командир в армии?

— Скажете тоже… — буркнул насмешливо парень с облупленным носом. — Командир на фронте, а учительница… Если бы не она, мы бы тоже на фронт ушли.

— Выходит, вас учительница не пускает? — Чапаев посмотрел на ребят с сочувствием.

Подумал и махнул рукой:

— Ладно! Пожалуй, я вам в этом деле помогу. Не будем откладывать в долгий ящик. Кто желает записаться в дивизию?

Класс дружно поднял руки.

— Хорошо! — одобрил Чапаев. — Красной Армии во как нужно грамотное пополнение. А то у нас в дивизии едва буквы разбирают. Отважные бойцы, а образования никакого! Нашего брата батрака царь на задворках у гимназии держал. А военная наука — дело сложное! Вот мы и вынуждены к бывшим офицерам за помощью обращаться. Они в штабе у нас сидят, планы чертят. Вот бы вас да на их место! Как-никак родная кровь, дети крестьянские. На вас положиться можно!

Мальчишки недоуменно переглянулись — так с ними еще никто не разговаривал! Каждый тут же представил себя чапаевцем — на голове папаха с красной звездой, на боку — сабля, грудь перекрещена пулеметными лентами. Вот это да!

Василий Иванович прошелся по рядам, вглядываясь в лица ребят, словно оценивал — подходят они для дивизии или нет? Возле учительского стола остановился, в сомнении почесал подбородок:

— Вот только… Гм… Ростом и телом вы того…

Класс обиженно загудел. Чапаев успокоил:

— Малый рост не беда! Не в нем сила. Сила ваша — в грамоте. С такой силой и мал — удал! Так что унывать нечего!

Он вынул из планшетки карту, поманил детей пальцем:

— А ну-ка, идите сюда! Покажу вам карту.

Ребята повскакали с мест, сгрудились вокруг стола.

Чапаев поставил карандашом красный крестик на карте:

— Тут наш город. А тут, в сторонке, деревня Брыковка. Генерал Мартынов облюбовал ее для своей армии. Белые обороняются изо всех сил. Но долго брыкаться мы им не позволим! Выгоним из Брыковки в два счета!

Карандаш побежал вдоль черной полосы на карте:

— А ну, кто скажет, сколько верст нам топать до деревни? Кто самый прыткий? А?

— Тут и вершка нет! Значит, мало топать, — сунул облупленный нос в карту самый прыткий ученик.

Чапаев засмеялся:

— Эх ты, грамотей! На карте вершок, а на земле — три десятка верст. Сколько сантиметров в вершке?

— Мы сантиметров еще не проходили…

— Ну вот… А суешь нос в карту! Она для неуча лес темный… Хорошо, оставим карту. Вот приказ по дивизии, — показал Чапаев. — Видишь, какие аккуратные буквы? Как в книжке! Приказ в штабе на машинке отстукали тебе, красному командиру, и твоим бойцам — всем остальным ребятам. Они знать должны, как им действовать в бою. Читай! В приказе все подробно расписано… Быстро читай! Противник не ждет!

Малыш поднес бумажку к глазам, засопел, зашевелил губами. Покраснев до самых ушей, он натужно, по слогам прочел первое слово:

— При-каз…

Дальше пошли такие заковыристые незнакомые слова, что он и вовсе умолк.

Чапаев забрал бумажку:

— Куда же ты, командир, своих бойцов поведешь, если приказ прочитать не умеешь? В карте заплутался, о буквы спотыкаешься…

— Что ж, в дивизию, значит, мне нельзя? — спросил паренек безнадежно.

— Почему нельзя? Можно! Только придется подождать.

— А долго?

— Учительница твоя старается, чтобы побыстрее, да ты сам не хочешь.

— Как так не хочу?

— А кто плясал от радости, что учиться не нужно и пел «теле-лень»? Не ты ли? Коли сам себя за учебник не посадишь, долго придется дивизии ждать грамотного пополнения!..

— Больше петь «теле-лень» не буду…

— Рад слышать. Значит, признаешь учительницу своим главным командиром?

— Признаю…

— Тогда договор у нас будет такой: зачисляю всех вас отныне в резерв Красной Армии. А придет срок — милости прошу ко мне в дивизию!

На улицу Василий Иванович вышел вместе с Клавой и Лимой. Клава спросила:

— Неужто правда — возьмешь всех в армию?

— Слов на ветер не бросаю, — твердо сказал Чапаев.

— И Кольку возьмешь?

— Какого такого Кольку?

— Дюжева, что приказ читал…

— А-а, того! Что ж, и его возьму! Упрямый парнишка. Все из класса ушли, а он один остался. Я видел — раскрыл азбуку и учит, чтоб сегодняшний урок не пропал даром. Коли такое дело, Кольку Дюжева придется на один день прежде других в дивизию зачислить!