И вот, наконец, зал. Не слишком великий, думается, мест на четыреста - не больше. Обитые малиновым бархатом кресла, установленные амфитеатром, ложи второго этажа, прекрасные ярусные люстры (боюсь представить, как их зажигают, но сейчас они были погашены), впереди оркестровая яма и сцена, на которой как раз разворачивалось действие.

Репетировали пасторальную сцену из жизни пастушки. Я присела на ближайшее место и притаилась в царившем вокруг полумраке, желая некоторое время побыть незаметным зрителем.

То, что сейчас исполнялось на сцене, можно было, наверное, охарактеризовать одним словом "миленько". Но лично на меня навевало зелёную тоску. Ой-ой-ой... это что же, мне тоже теперь предстоит вот так скакать, изображая бедную овечку? Ох, не об этом мечталось, когда истово жаждала иметь голос, покоряющий сердца. Вот и выходит, что высшие силы мою мечту исполнили, да только местный уровень развития искусств, по сравнению с привычным нашим современным, находится в зачаточном состоянии в самом прямом смысле этого выражения. Это если мягко выражаться.

В данный момент в действии участвовали два человека. Я так понимаю, по сценарию - влюблённая пара. Блондинка с нежными кудряшками, игриво хлопая ресницами, что-то не очень убедительно возражала своему чернявому пылкому кавалеру. На первом ряду за игрой наблюдали человек десять, включая "режиссёра" - седого толстенького плешивого коротышку с восторженным лицом.

В какой-то момент блондинка запнулась обо что-то на полу и, неловко взмахнув руками, едва не растянулась, сбившись с партии. Напарник, выпадая из образа, бросился на помощь, а в зале послышался смех. Громче всех демонстративно хохотала длинноволосая брюнетка, вальяжно развалившаяся в кресле прямо по центру.

– Да уж, уровень солидарности, поддержки и взаимопомощи зашкаливает на отметке "ниже плинтуса"– отметила про себя.
– Похоже, коллектив - та ещё банка с "друзьями". Барагунд, где ты?! Забери меня отсюда.

Показное веселье брюнетки неприятно резало уши. Актёры на сцене, огрызаясь на смешки, наконец, выправили положение и действие продолжилось. И вдруг...

– Барноесса Лира Борн, насколько я понимаю? - над головой, заставив вздрогнуть, раздался голос.

Рядом стоял аккуратный мужчина средних лет с гладкими тёмными волосами на прямой пробор в строгом сюртуке коричневого цвета. Взгляд мой тут же отметил ухоженные, сцепленные в замок руки и нервно подрагивающие усы. Дядька явно был раздражён. И подкрался-то как тихо. Чуть заикой не оставил.

– Совершенно верно.
– поднимаясь с места кивнула в ответ, - С кем имею честь?..

– Меня зовут господин Хэвлок - руководитель театра её Величества.
– он довольно прямо оценивающе разглядывал меня.

А я всё больше укреплялась в мысли, что досада мужчины вызвана именно моим присутствием. Но от чего? По идее, я физически ещё не имела шанса чем-то его раздражить - только ведь первый раз встретились и познакомились. А поди ка ж... дуется вон стоит.

Тот, наконец, оставил попытки проделать взглядом в моём лбу дыру, хлопнул в ладоши, привлекая общее внимание и сделал приглашающий жест.

– Прошу, проходите.
– сам тоже продвигаясь к сцене заявил он, - Господа актёры, позвольте представить вам нового члена труппы, рекомендованного её величеством на роль примы нашего театра.

– Ага, вот так сразу, значит...
– отметила про себя, раскланиваясь с присутствующими и не наблюдая в их взорах ни капли сердечности.

Больше всех "пылали радостью" от моего появления блондинка с брюнеткой. Хотя, нет... вон симпатичная совсем юная девушка с трогательными веснушками приветливо улыбнулась. И ещё одна, чуть постарше, робко растянула губы. Ну эти, видимо, исполняют здесь роли каких-нибудь, условно говоря, цветочков на поляне, и не являются конкурентками не только мне, но и всем присутствующим. От того и не испытывают напряжения.

А вон сидит очень даже любопытная дама. Самая старшая здесь - это точно. Зрелая, красивая. Наблюдает за мной с изучающим интересом.

– Роуэн, Зак...
– тем временем представлялась мужская часть коллектива.

– Ганнибал, к вашим услугам.
– склонившись в шутовском, как мне показалось, поклоне, со сцены огласил брюнет, вперив в меня оценивающий взгляд.

– Противный тип.– мысленно скривилась, отвечая на приветствие.

А контрастная бабская парочка синхронно надула губы. Кажется, у них тут борьба не только за первенство в ролях, но и за вот этого смазливого пижона. Не дай бог вызвать у него интерес.