Спровадив гонца, быстро переоделась и помчалась к ним.

По нашему, обычно, мирному и счастливому дому, как грозовая туча, ходила Рикка. Сразу стало ещё тревожнее.

– Да что произошло?
– допытывалась я у разгорячённой девушки.

– Тасмин, ты не представляешь, что они там устроили.
– она раздражённо плюхнулась на табурет, уронив руки на колени, - Это ж свиньи какие-то, а не люди!

Она снова вскочила и схватилась за тряпку, ожесточённо натирая и без того чистый стол.

– И это всего за одну ночь!
– шмякнув полотенце на столешницу, девушка с отчаянием посмотрела на меня.

В общем, поселив новичков во втором доме, сегодня решено было дать им возможность отоспаться в чистых кроватях и очухаться. Никто, соответственно, не тревожил до самого завтрака. А когда послали Линду позвать к столу, та примчалась назад с круглыми глазами. Рикка бросилась смотреть, от чего мелкая пришла в такое "изумление" и обнаружила в отдраенном накануне доме полный разгром.

"Хорошие" ребята с порога решили, что стесняться не стоит, и основательно прошерстили припасы, аккуратно сложенные в кладовке, умудрившись, считай, за несколько часов захламить ими весь дом. Крошки, грязные тарелки, объедки без тарелок, чистые когда-то полотенца свалом валялись везде, куда падал взгляд. Сундук с вещами перерыт - видимо, имела место быть большая примерка, лучшее уже было натянуто на себя, остальное - смятыми тряпками валялось среди остатков еды.

Естественно, Рикку, трепетно перенявшую у меня любовь к порядку и чистоте, сия картина повергла в шок.

– Тасмин, ну как можно? Мы столько трудились, а они... Э-эх! Свиньи!

– Так, а где Фалькор?
– вопросила я.

– Так это... строжиться пошёл. Меня-то они не слушают.

Сгреблась и подалась на выручку дядьке. На пороге столкнулась с Малотой - та тоже пришла навестить подопечных, притащила собранные за последние дни деньги - благотворительная корзинка так и стояла на её рабочем месте.

– Ой, Тасмин, привет, милая. А ты чего такая взъерошенная?

– Пойдём, - я без реверансов подхватила тётку под локоть и потащила за собой.

– Матушки святы! Это что ж тут за побоище приключилось?
– Малота, сложив на груди ладони, с недоумением оглядывала царивший в комнатах бардак, - Это что ж такое?

Мрачный, задумчивый Фалькор, как Цербер, стоял над душой четвёрки, вяло делающих вид, что наводят порядок. Эх, да тут теперь не просто перемывать - перестирывать всё заново придётся. Включая шторки, которыми кто-то из малолетних вандалов умудрился утереть рот.

– Это кто?
– тётка без стеснения тыкнула пальцам в едва шевеливших конечностями пацанов.

– Новенькие.
– поджав губы, ответила я.

– А-а-а...
– с нарастающим возмущением протянула она, затем упёрла руки в крутые бока и развернулась к ним, - Это что ж, ваша благодарность такая? А ну, пошевеливайтесь, нечего тут вялых мух изображать! Умели нагадить - умейте прибрать. У нас здесь прислуги нет.

Малота стремительно набирала обороты праведного гнева. Я была с ней категорически солидарна.

"Зверёк" поднял голову, собираясь что-то сказать.

– Даже не мыркай.
– с ледяной угрозой в голосе тихо осекла его я.

Остаток дня до вечера ушёл на то, чтобы ликвидировать последствия весёлой ночёвки новичков. Девчонкам пришлось отложить вязание, другие дела и присоединиться к процессу - от четвёрки поросят качественной уборки даже нечего было ожидать.

К ужину вернулись наши мужчины. Узнав о происшествии, парни рванули, было, на разборки, но Алекс их остановил. Оставив ребят и женщин в основном доме, Саша и Фалькор сами пошли составить серьёзный разговор с провинившимися.

– А Алекс ведь говорил, нельзя их одних оставлять.
– тихо и зло бурчал Геральт, обращаясь к Герберу.

– Так Фалькор настоял - пожалел гавнюков. Пусть, мол, отоспятся ребятки, только с улицы, а мы тут рано встаём - перебудим.
– повторяя дядькины слова, в тон собеседнику пыхтел старший.

– Ну вот, получили.

– Ничего, мы с этими красавцами ещё потолкуем.

– Ага, особенно с Роббом и волчонком.
– вставил слово Каспиан.

Дети меж собой уже наградили среднего говорящей кличкой.

– Ты только не суйся.
– строго ответил Вербер.

– Эй, друзья мои, это вы чего там затеяли?
– прислушавшись к тихому разговору, выступила я, - А ну ка выкиньте из своих голов дурные затеи и ведите себя, как взрослые.