С ответом тянуть нельзя. Для приличия время на раздумье я взяла, но все решено уже давно. А то я не чувствую, к чему меня готовят. И очень этому рада. Любые таланты без применения чахнут и тухнут. Поэтому созвонилась с работы с наставницей и вечером с Риком поехала к ним.

Там уже басил за столом Лев Михайлович. Пока снимала сандалии, все утихли. Лишь встречающая меня Вера Абрамовна хитро смотрит, она меня знает.

— Чтоб не думалось, ответственно заявляю, я с вами в любом деле! — Кричу из коридора.

Наставница улыбается.

— Всю торжественную часть скомкала, — раздается бас художника.

— Да и так понятно, другое быть не могло, — комментирует Егор Тимофеевич.

Я прохожу в комнату, усаживаюсь на свое место.

— Ты, наверное, думаешь, что будет посвящение? — улыбается Вера Абрамовна, — или инициация, после которой ты познаешь тайны вселенной и станешь избранной?

— Я думаю, что будет учеба и работа над собой. Сама же говорила, что истинная инициация может быть только внутренней, когда переходишь барьер в себе, который никто за тебя не преодолеет. Никакого общества с уставом, так понимаю, тоже нет?

— «Рыбак рыбака видит издалека». Членские билеты или другие обозначения — доказательства для слепых. А если видишь, то своего узнаешь в любом месте, религии, общине. Хоть деревенский католический священник, хоть тибетский лама.

— Тогда расскажите о мастерах. Дед, ты обещал.

— Маша, это весьма условные понятия, — деликатно говорит Лев Михайлович, — есть определенные качества, которые изначально развиты больше, чем у других. А мастер? Человек, который идет вперед. После достижения определенного уровня ты становишься недосягаем и непонятен для остальных — стоящих на месте, спящих и жрущих.

— Человек не может развить что-то одно, другим способностям тоже придется уделять внимание, иначе застопорится основная, — вступает Вера Абрамовна, — но специфика есть. Поэтому можно выделить мастера печатей. Это ты. Но мы изучаем и звуки, так как ничто не отделимо друг от друга. Есть такая нада-йога, когда слушают свой внутренний звук, или определенного органа. Можно слышать звуки предметов, образов и мыслей. Я — мастер песни, но мои способности бессмысленны, если не применять их для помощи другим и для познания мира.

— Ты же пробовала лечить, — дополняет Художник, — есть Мастер Глины, который чувствует тело живого существа и правит его прикосновением.

— С Мастером Ока тоже сталкивалась, — говорю я, — они вытаскивают информационные образы.

— Мастер Проходов перед тобой сидит, — наставница кивает на деда, — быть Странником нельзя без умения пройти, куда нужно.

— Это да, — кивает дед, — и часто сталкиваюсь с Мастерами Морока. Целые деревни в Сибири невидимы для людей. Живут своим порядком, к себе сторонних не пускают. Да и здесь такие есть. Так что ведьму поймать — надо ее еще увидеть.

— В государстве разве таких мастеров нет?

— Таких нет, потому что кто на этот путь встал, уже вне государства, — поджимает губы Художник, — есть другие. Мастер Нитей, например. Так плетет интриги, что никогда не поймет рядовой гражданин, как так получилось. Все плохо, но все правы. Или Мастер Золота. Он видит незримые нити и потоки материальных благ. Для него просто — собрать деньги или направить их поток в нужное место. Или Мастер Смерти, идеальный убийца.

— Киллер или ассасин?

— Идеальный, это когда действует не физически.

— Как колдуны?

— Да. Но сама понимаешь, это все пути назад. Или по кругу. Здесь, в этой коробочке мира. А человек приходит не отсюда и уходит не сюда. Зачем тратить драгоценное время на пустое? — отвечает Вера Абрамовны.

— Соблазнительно потому что. — Предполагаю я.

— Уточню, — вступает Лев Михайлович, — При достижении некоторого уровня становятся понятны и движения по другим направлениям, в том числе и этим. Если заедешь к староверам, то увидишь, что все они живут в достатке, было много богатых купцов среди них, несмотря на конфронтацию с государством и официальной религией.

— Они специально не тренируются, у них само получается?

— Да, развиваются по своему направлению, но начинают понимать, как легче себя обеспечить.

— Любой может стать Мастером?

— Конечно, любой, — отвечает Вера Абрамовна, — только к этому шаги надо предпринимать, а не спать и есть. Проснуться надо!

— И что помогает проснуться? Если знания из прошлых жизней не полезны, то зачем их и помнить?

— Чтобы ощутить себя и свои цели в мире. Но есть и конкретные задачи, — говорит Лев Михайлович, — ты же про это спрашиваешь. Так вот, в разные моменты очень даже могут пригодится такие знания.