Опустив онемевшую от напряжения ладонь на ручку двери, приоткрыла её. Я была слишком взволнована, чтобы стучать, но, увидев Родионова, сидящего в кресле перед открытым ноутбуком, быстро спохватилась и спросила разрешения войти. Заметив меня, он свел брови к переносице и просканировал с ног до головы темным взглядом.

По мне, он, что в хорошем расположении духа, что в плохом – всё одинаково. Мужчина вызывал внутри странное чувство. Снова скрутило живот, меня затрясло.

Я уже собралась закрыть дверь и вернуться в свою спальню, когда Родионов заговорил.

— Что тебе, Катя? – отстраненным и, как мне показалось, уставшим, голосом поинтересовался он.

— Мне нужно с вами кое-что обсудить, – я стояла в дверях и не решалась войти.

Повисло недолгое молчание, а затем он кивнул, чтобы прошла и заняла место в кресле напротив.

— Мне бы хотелось вернуться на прежнее место работы или заниматься хоть чем-то, – собрав волю в кулак, я придала голосу твердости. – Может быть, помогать Татьяне на кухне, или вы найдете какую-то еще работу для меня. Сидеть в четырех стенах невыносимо, я не привыкла бездельничать.

Он весело вскинул бровь вверх, почти улыбнулся, а на его лице появилось нечто вроде удивления.

— Может быть изредка гулять с ребенком вашей сестры? – продолжила я, чувствуя что моего мужества надолго не хватит. – Я вижу, как в обед с ним гуляет Татьяна.

Как бы тяжело мне ни было предлагать мужчине подобные вещи, но всю жизнь зарывать голову в песок и прятаться от проблем – это не выход из ситуации. Наверное, я смогла бы переступить через себя и боль от потери ребенка. Почему-то казалось, что общение с малышом Насти принесет мне радость. Богатые люди ведь часто нанимали себе в обслугу нянь.

— Нет, с ребенком исключено, – он покачал головой и откинулся на спинку кресла, смотря на меня в упор. – Настя сама заботится о Демиде, никого к сыну не подпускает после смети Игоря, – я закусила нижнюю губу.

Нечто такое я и ожидала услышать от Родионова, но у меня остался последний козырь, который я приберегала на самый крайний случай.

— Пока я нахожусь в вашем доме и не могу покидать его стен, ваши шансы выйти на заказчика сильно понижаются. Ваш замок со всех сторон окружен охраной, а на вечерах я везде буду появляться с вами. Единственная возможность этим людям со мной поговорить – это совершить похищение. И вы, наверное, прекрасно все понимаете. Но мне бы не хотелось доводить ситуацию до подобного и становиться пешкой в чужих играх.

— Именно поэтому ты под моим присмотром. Как только я решу, что тебе можно доверять, вернешься к работе, но мои люди все время будут поблизости наблюдать за тобой. Все выше оговоренные нюансы никуда не исчезают. Ты останешься жить в этом доме. Мне так удобно.

Уже хоть что-то. Я и не надеялась на такую адекватность после всего, что учинил этот безумец в клубе.

— Вы нашли какую-нибудь информацию про Карину или, может быть, узнали что-то о ее парне?

— Если мне что-нибудь станет известно о местонахождении этих людей, я тебе сообщу. И да, Катя, забыл предупредить, моя сестра, как и все остальные люди, не должна догадываться о том, что у нас с тобой есть определенные договоренности. Настя после смерти мужа замкнулась в себе, никого не впускает в свою жизнь, полностью сосредоточилась на воспитании ребенка. Поэтому советую тебе не пытаться наладить с ней общение, ничего из этого не выйдет. Лишь время потеряешь. И можешь нарваться на грубости.

— А если она догадается?

— Не будешь создавать мне проблем, и у тебя их не будет, – отчеканил он.

— Но вы их сами создали мне! Та встреча в клубе со Стасом и его невестой… Вы...

— Я привык полагаться исключительно на факты и видеть в деле тех людей, с кем собираюсь их впоследствии иметь, — перебил меня Родионов. — Поэтому тебе сейчас позволено выходить из комнаты и перемещаться по дому. Ничего плохого в моих планах на счет тебя нет. За стенами этого дома могут поджидать неприятности куда похлеще. Ты и понятия не имеешь, во что ввязалась.

Я уже и так поняла, что теперь мне оставалось прыгнуть с обрыва и надеяться, что в процессе у меня вырастут крылья. Только вот не хотелось бы собирать себя по частям, когда разобьюсь об камни внизу. Если и вовсе представится такая возможность, как остаться в живых.

— Я могу выходить гулять по территории двора?

— Да.

— И встретиться с отцом? Еще в прошлом месяце я пообещала ему, что приеду.

— Да, – последовал еще один лаконичный и простой ответ.

Я больше не видела надобности задерживаться в этом месте и тратить время столь занятого человека. Тихо поблагодарила Родионова, поднялась на ноги и подошла к двери, как вдруг услышала мужской голос.

— Не торопись, Катя, – прилетело мне в спину, а внутри меня что-то оборвалось.

Медленно повернувшись в сторону Родионова, я увидела его глаза, в которых полыхало черное пламя. У меня задрожали колени, когда он опустил взгляд на мои ноги, обтянутые джинсовой тканью. И так старалась выбрать самый скромный наряд из своего гардероба, чтобы у него даже мысли не промелькнуло, будто я пришла намекнуть о том, как мечтала о его внимании.

— Подойди, – даже не шелохнулся, испепеляя глазами.