– Отпрыска провидца. Который, как оказалось, почил несколько лет назад.

– Думаешь, этот отпрыск что-то знает? – полюбопытствовал Картер.

– Без понятия, но не уезжать же с пустыми руками.

– Отлично. И куда конкретно мы направляемся?

– Не знаю, сказали – не пропустим… И, видимо, не пропустим, – Аманда удивлённо остановилась на перекрестке. Песчаные дома, снова дома, дорога и… белое здание с нужной вывеской. Вот, блин, вам и “Белая лилия”. Понятно теперь, чего старикан так усмехался.

– Только не говори, что мы искали бордель? – совсем уж по-детски хихикнул Джек. – Кэтрин мне этого не простит.

– А мы ей не скажем, – подмигнул ему Адриан. – Чего стоим? Вперёд. Ну, если нам туда, конечно…

Он явно забавлялся, прощупывая реакцию Аманды. Лишняя возможность позлить? Почему бы и нет? От Чейз, конечно, это не укрылось, но в данный момент её заботило другое – и как, позвольте спросить, внучку или кто она там человека, обладающего незаурядными способностями, занесло в бордель? Что ещё за шутки судьбы?

Размышлять времени не было, Адриан уже распахнул белоснежные двери. Духота быстро сменилась запахом ароматических масел. От них даже голова закружилась, а запах прочно поселился в ноздрях.

Просторная комната, устеленная изумрудными подушками и золотисто-жёлтыми перинами, выводила на открытую внутреннюю веранду, увитую зеленью. По периметру высокие балконы и несколько лестниц. За перилами угадывались коридоры и двери, выполненные в восточном стиле.

Да всё в этой Харите, так или иначе, заимствовалось у современного Востока. По крайней мере, для Аманды существовала только эта аналогия. Сами жители вряд ли когда-то бывали в той же Турции. Очевидно, история любит повторяться. И неважно, какое там у них зеркальное отражение.

Скамьи, разливающаяся меланхоличная музыка и люди. Последних много. Девушки с расписанными по телу узорами, одетые в манящие и позвякивающие от каждого движения одежды. Мужчины любых возрастов.

На террасе под открытым небом царило наибольшее оживление. Танцовщицы устраивали для посетителей шоу и в этот самый момент лихо рассекали по насыпи босиком, заигрывающе покачивая полуобнаженными бёдрами под звуки флейт.

Танцы выходили в самом деле завораживающими, да и девушки выглядели привлекательно и что поразительно, нисколько не вульгарно, если вспомнить бордели Эридана. Наверное, вот она тонкая грань между пошлостью и красотой – в умении обнажиться ровно настолько, чтобы вызвать желание, но при этом оставить за собой завлекающую недоговоренность.

– Стоять тут, ясно? Я сейчас, – Аманда пригрозила зачарованным танцами Адриану и Картеру, а сама отправилась искать хоть какое-то подобие “администратора”. Везде же должны быть люди, которые следят за обстановкой?

Такие нашлись и не в единичном числе. После долгих попыток понять друг друга, благо диалект во всех трёх королевствах почти одинаков (не просто так ведь когда-то они были объединённым союзом), Чейз добилась нужного имени, а вернувшись обратно, застала прилюбопытнейшую картину.

Несколько танцовщиц, грациозные, подобно балеринам, уже подплыли к новоприбывшим. Адриан откровенно забавлялся, с ухмылкой оглядывая плавные движения девушек и их попытки окучивания потенциальных клиентов.

Джек, в свою очередь, не был настроен так спокойно. Он неловко извивался, не позволяя танцовщицам коснуться его. Чувствовалось, что Картер неуютно. Хоть и без сомнения, заинтригован.

– Барышни, миленькие… – в очередной раз поймав невесомую ручку, он негрубо, но настойчиво отстранился. – Идите-ка дальше.

– Не-не, погоди, – Адриан перехватил одну из девушек. Та даже зарделась, правда её белозубая улыбка тут же поблекла. – Красавица, не подскажешь, где вы берёте наряды? Я бы прикупил один.

Танцовщица в ответ обиженно дернула плечом и удалилась. Аманда решила, что пора вмешаться и без особых церемоний окончательно разогнала кудахчущую стайку диковинных птиц.

– И зачем тебе их одежда? – с сомнением посмотрела она на Адриана. – Более чем уверена, тебе не пойдет.

– Правда? Жаль. А я всегда мечтал примерить что-то подобное, – фыркнул тот. – Неужели непонятно? Ты бы смотрелась в нём весьма неплохо.

Закатившиеся к ночному небу глаза говорили красноречивее слов.

– Размечтался. Пошли, нам наверх.

Прошмыгнув мимо разгоряченной толпы, ребята поднялись по лестнице. Чего не отнять у этого места – оно выглядело максимально пристойно. Порой оживлённые в ночь таверны больше походили на захудалый притон с отсутствием морали, чем этот бордель. Все чинно и мирно. Вероятно, только за дверями личных опочивален и начиналась аморальная анархия. Приватность, уже что-то. Начало к цивилизованному обществу положено.